Томский муфтий: преодоление разногласий всегда на пользу умме

В Томске идет реставрация исторической Красной соборной мечети. К ее 110-летнему юбилею, который приходится на будущий 2014 год, мечеть должна быть воссоздана в первозданном виде. В интервью нашему корреспонденту в Сибири муфтий области в системе ДУМАЧР Низамутдин Жумаев рассказал о ходе работ по воссозданию первой каменной мечети региона.

- Реставрацию ведет подрядчик в лице ООО «Томскстройпроект». Первым делом строители укрепили фундамент, усилили стены, полностью разобрали крышу, уложили мощные швеллера, чтобы было навечно. Сохранилось немало старинных фотографий видов Красной мечети, проектировщики используют их в своей работе. Балкон внутри здания они спроектировали по рассказу престарелой жительницы Томска, которая в раннем детстве бывала в Красной мечети, и помнит внутреннее убранство. Бабушку специально привозили в мечеть, чтобы она вспомнила детали.

Балкон шириной 4,5 метра и длиной 2,5 метра уже установлен. Строительная бригада из двадцати человек проживает в бывшем доме имама на территории комплекса Красной мечети, в восемь утра они уже работают. Думаю, что к будущему году, инша Аллах, завершим основные работы. 
Предстоящий год богат на юбилеи: 400 лет Томску, 200 лет Томской губернии. Красная мечеть – одна из достопримечательностей города, и ее восстановлению радуются не только мусульмане, но и наши православные соседи по старо-татарской слободе. 

- Реставрационные работы стали возможны после обращения к президенту Чечни Рамзану Кадырову. Какова была реакция томских мусульман, когда объявили, кто поможет восстановлению Красной мечети? 

- В 1997 году нашей организации было передано здание медресе исламского комплекса, которое с тех пор выполняет функции мечети. Само полуразрушенное здание Красной мечети перешло в наше ведение в 2002 году. Десять лет мы искали средства на восстановление. Некоторые члены совета старейшин нашей организации ушли из этой жизни, не дождавшись исполнения мечты совершить два ракаата намаза в восстановленной Красной мечети, где когда-то молились их отцы и деды. 

Конечно, мусульмане Томска очень рады, и молодые, и старики. Наконец-то, говорят они, нашелся человек, все называют молодцом президента Чечни.

Перед самым началом реставрации мы провели аш–угощение, собрали больше ста пенсионеров. В полном составе присутствовал и совет старейшин Белой мечети. Все вместе вознесли дуа за Рамзана Ахматовича и его отца, чье имя носит фонд. 

- Красная мечеть входит в юрисдикцию ДУМ азиатской части России, Белая – в состав ДУМ Сибири Омского муфтията. Как региональные власти относятся к исламским структурам, не делят ли ДУМы на «любимчиков» и «нелюбимых», как в Новосибирске, Тюмени? 

- Абсолютно никакого разделения со стороны органов власти нет, отношение одинаково хорошее. Между общинами мечетей тоже нет противоречий. Активисты Белой мечети приходят иногда к нам на намаз, и наоборот, наши ходят в Белую. На джума в Красной мечети бывает, что вижу сына имама Белой мечети. Раньше да, были непонимания между общинами, но Аллах помог преодолеть разногласия и установить уважительные отношения. И это только на пользу умме. Сегодня джума-намазы проводятся во всех сельских мечетях – Черной Речке, Тохтамышево, Барабинке, Эуште: три-четыре года назад в селах были проблемы с проведением пятничных молитв в сельской местности. В мусульманские праздники в Томске народ уже не вмещается в два этажа здания медресе - 700 квадратных метров. 
 

Реставрация всегда обходится дороже, чем новое строительство

Ислам принимают представители разных народов, традиционно исповедующих другие религии. В мечеть приходят русские мусульмане, армяне, алтайцы, буряты. Я вижу, что новые мусульмане лучше соблюдают предписания шариата, чем многие из этнических мусульман. Неделю назад пришла русская девушка семнадцати лет, говорит, что хочет принять ислам. Я спросил ее, почему, в чем причина предпочтения ислама. Она: мусульманское представление о Боге ближе мне, чем христианское, я хорошо обдумала свое решение. Девушка сказала слова шахады, субхан Аллах. 

- Вы с 90-х годов возглавляете общину Красной мечети, осознаете ли себя уже сибиряком?

- Ровно половина мой жизни прошла в Томске. Говорят, первая родина там, где ты родился, а вторая там, где ты живешь. Моя первая родина – Таджикистан, вторая – Томск. У моих детей уже первая родина – Сибирь. Все мои трое детей – сыновья Нафиолла, Шафиолла и дочь Кааба - родились в Томске. Я почти осознаю себя коренным сибиряком.

- Как Вы оказались двадцать лет назад в Томске?

- В Таджикистане шла гражданская война. Многие уезжали в Россию. В Томск я приехал вместе с родственником, который имел здесь свой бизнес. В городе работала только Белая мечеть, недавно переданная мусульманской общине. Люди хотели обучаться религии, чтению Корана, намазу, другого преподавателя, кроме имама Хаджигали Акбарова, не было. Мне предложили вести уроки основ ислама и арабского языка (религиозное образование я получил в Исламском университете имени имама Тирмизи). Я думал остаться в Томске на год, но Аллах решил по-другому.

- Томская область – один из немногих регионов, который не сотрясают аресты адептов «Хизб-ут-тахрир», уголовные дела по «таблиговцам». Как получилось, что их не оказалось в томских краях?

- Действительно, у нас не видно и не слышно ни «Хизб-ут-тахрир», ни других запрещенных организаций. Мы говорим так в мечети: здесь есть коренной мусульманский народ – томские сибирские татары, которые испокон веку исповедуют ханафитский мазхаб суннизма. Все остальные мусульмане, будьте добры, соблюдать в мечетях Томска ханафитский мазхаб, который я называю главным в исламе, не потому что он «лучше» других мазхабов, а потому что самый распространенный по количеству последователей. Разногласия нам не нужны, они во вред в первую очередь самим мусульманам.