Информационное
агентство России
0°C
21 ноября, 18:37

Проект "Великого Ближнего Востока" и новая роль НАТО

art_dev
Проект "Великого Ближнего Востока" и новая роль НАТО
Американская карта нового Ближнего Востока подразумевает создание на территории Ирака трех государств: шиитского, суннитского и курдского

Глобальное переустройство Ближнего Востока – первоочередная задача в стратегии глобального лидерства США. В этом контексте новым содержанием наполняются отношения Вашингтона и Европы, цели НАТО. И, соответственно, привычные, казалось бы, геополитические ориентиры стран самого Ближневосточного региона.

Проект «Великого Ближнего Востока» (ПВБВ) составляет существо замысла «миропорядка по-американски». Главный документ ПВБВ называется «Новая национальная стратегия безопасности США на Ближнем Востоке: анализ после 11 сентября». Этот проект способен изменить границы 24 стран – от Марокко и Мавритании до Афганистана. «Великий Ближний Восток» и Северная Африка определены Вашингтоном как плацдарм для установления контроля над Средней Азией – «сердцем» Евразии и мира (Heartland). По мысли американских стратегов, тот, кто это «сердце» займет, обеспечит глобальный контроль.

Стратегия национальной безопасности США разработана еще в начале 1990-х годов. Тогда же Пентагон получил задачу упреждающе воздействовать на страны, способные оказать сопротивление этим планам. Суть этой задачи — в воспрепятствовании появлению или развитию любых конкурентоспособных в этом смысле стран, вплоть до применения против них военной силы. Мы видим два вектора ПВБВ: один из них обращен против стран Евразии, Ближнего Востока и Северной Африки, второй — против потенциальных конкурентов из Европейского и Тихоокеанского регионов. В число стран, границы которых могут быть изменены, входит прежде всего Турция.

В отношении ее проект реализуется с 1999 года. США развязали первую и вторую иракские войны, чтобы разделить Ирак на три части. 29 мая 1998 года команда Буша – Рамсфелд, Вульфовиц, Халильзад, Вулси и Перле – еще до прихода во власть направила письмо президенту Клинтону. В письме выражена необходимость применения военной силы для провозглашения независимости Северного и Южного Ирака. В результате последней иракской войны такое государство было фактически создано – на севере Ирака. Сегодня речь идет о том, чтобы его узаконить. Но чтобы это государство выжило, требуется расширить его пределы на юг, где находится киркукская нефть; на запад, к Талафару, где расположены плодородные земли; и на север, за счет Турции. После Киркука на очереди стоит Талафар и Диярбакыр. Неслучайно бывший посол США в Турции Пирсен заявил, что регион от Эрзурума до Багдада является единым экономическим пространством. Поэтому на американских полуофициальных сайтах размещаются карты, на которых Диярбакыр обозначен как столица «Великого Курдистана».

4 июля 2003 года американцы задержали 14 турецких военнослужащих в иракской Сулеймании. Вооруженные формирования Рабочей партии Курдистана обеспечены и обучены американским спецназом «Дельта форс». В декабре 2003 года США предоставили Масуду Барзани $125 млн, а также ракеты «Стингер». Для чего, как не для борьбы с Турцией, это предназначено? Частью плана по созданию «Великого Курдистана» стало изменение – с опорой на курдские организации – демографической обстановки в районе Киркука, а также принуждение туркмен в Талафаре к переселению. Уйти их вынудили боевые действия, сопровождавшиеся бомбардировками. Нападения курдских боевиков на Турцию заставили ее армию провести операцию в Северном Ираке. Иначе обеспечить территориальную целостность Турции оказалось невозможным. Но при этом турецкая сторона не оспаривает территориальной целостности Ирака.

Контроль США над Северным Ираком угрожает не одной Турции, но многим странам, от Западной Европы до Восточной Азии. Ибо североиракский Курдистан служит не только опорой США для осуществления контроля над энергоресурсами региона, но и плацдармом для проведения не исключаемых военных операций во всем евразийском пространстве. Из этого следует, что «независимый Курдистан» угрожает стабильности всей Евразии. Кстати, в определенной степени напрашивается аналогия между сегодняшним Северным Ираком и Чечней на рубеже столетий.

Аналогичный плацдарм создается и на Кипре. США, их европейские союзники и Израиль отсюда также осуществляют нажим на Турцию. Неслучайно Европарламент называет турецкий контингент на Кипре оккупационным. Американизации единого Кипра способствовали бы и уже существующие в южной части острова базы «Агротур» и «Дикелья». В этом смысле единому Кипру предопределяется та же роль, что и Косову на Балканах, и, возможно, Грузии на Кавказе. И бывший госсекретарь США Пауэлл неслучайно назвал Турцию исламистским государством. Замена исламизма на «умеренный ислам» может стать оправданием антитурецкого прессинга. Аналогичной логикой оправдывалось окружение СССР «зеленым» поясом – безотносительно «насыщенности» цвета ислама.

Одновременно ПВБВ служит формой контроля Америкой своих союзников. Об этом следует сказать отдельно. НАТО в соответствии с ПВБВ становится инструментом его реализации. После Второй мировой войны альянс создавался для противодействия социалистическому блоку и для контроля над европейскими союзниками США. После распада СССР НАТО потеряло свой смысл. Позиционирование некоторых «европейцев» в качестве не столько союзников, сколько конкурентов США заставило Вашингтон прибегнуть к постановке членам альянса новых коллективных задач. Но иной угрозы, кроме как однополярному миру, сегодня просто не существует.

Еще в 2003 году бывший представитель США в НАТО Бернс явственно провел мысль об ответственности НАТО за «Великий Ближний Восток». Этим, собственно, и оправдывается военное усиление альянса на востоке и юге Европы. Реальное будущее НАТО состоит в том, что силы альянса могут потребоваться для операций – не столько миротворческих, сколько проводимых против противников американских планов. В выступлении, содержащем угрозы европейским союзникам США, Бернс призвал к одновременному расширению ЕС и НАТО. Но именно этот процесс становится одним из препятствий для обретения американскими союзниками собственной конкурентоспособности. Тем более что «автономизация» Европы, буквально «стремление некоторых членов ЕС быть конкурентоспособными с США», по словам Бернса, «ведет к недоразумениям». Кстати, и Бжезинский считает, что намерения Европы и США лидировать в одних и тех же геополитических пространствах являются самым большим риском для Вашингтона.

Конкуренция между США и ЕС, тем не менее, становится очевиднее. В основе противоречий лежит различная степень зависимости США и Западной Европы от ближневосточных энергоносителей. США потребляют лишь небольшую часть нефти из этого региона. Западная Европа и Япония зависят от нее намного больше. Но политическое влияние американцев на Ближний Восток куда значительнее, чем у европейцев. Фактически единоличным управлением стратегическими нефтепотоками под видом евроатлантического участия в ПВБВ США намерены и впредь сохранять позиции глобального лидера.

Доктор права Мехмет Перинчек родился в Стамбуле в 1978 году в семье лидера левонационалистической Рабочей партии Турции. Окончил юридический факультет Стамбульского университета и аспирантуру Института принципов Кемаля Ататюрка и истории турецкой революции при Стамбульском университете. В настоящее время — преподаватель названного института. Политолог, историк и специалист по международному праву. Автор монографий «Беседы Ататюрка с советскими государственными деятелями», «Евразийство: теория и практика в турецкой интерпретации», «Армянский вопрос в документах российских архивов» и др.

«Профиль»

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Комментирование закрыто.

Авторизация
*
*
Войти с помощью: 
Регистрация
*
*
*
Войти с помощью: 

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.


Генерация пароля

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.


Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: