Информационное
агентство России
11°C
24 сентября, 20:27

Османцы в Подолье: А было ли турецкое иго?

Rustam
Османцы в Подолье: А было ли турецкое иго?
Знаменитая крепость Каменец-Подольского была перестроена османцами

Османская власть на Подолье, вне всякого сомнения, настоящее «белое пятно» в истории Украины. Как это было — малоизвестно даже большинству профессиональных историков, не говоря уже о среднестатистических украинцах. В школьных учебниках и в популярной исторической литературе этот период почти не освещен. В лучшем случае 1-2 абзаца, а то и всего парочка предложений, — мол, был в истории Украины такой факт. И на этом всё…

Ничего эдакого «антитурецкого» или там «антимусульманского» в этом нет. Причина – гораздо проще. События происходящие в то время на Подолье заметного влияния на общеукраинские процессы не имели.Да и архивы, с которыми могли бы работать историки, у нас не сохранилось. Все что уцелело – в Турции. Во времена СССР историки этими архивами, как и самой темой, принципиально не интересовались. Советская историография продолжала русскую дореволюционную традицию изображать Оттоманскую Порту, как агрессивное и несуразное географическое образование. Мол, если и говорить о Турции, то только в ключе освобождения русскими штыками православных братьев от мусульманского ига. И не более. У нынешних же украинских ученых – на такие командировки в архивы Стамбула и Анкары — нет средств. Опять же, в силу сказанного выше, эта тема для украинской историографии – не основная.Тут бы с главным историческим потоком разобраться!

Местные подольские краеведы об «Оттоманщине», преимущественно, тоже только упоминают. Чаще всего, в силу устоявшихся стереотипов, это делают при помощи общих черных мазков. Например, в довольно толстом и очень подробном краеведческом сборнике «Променистий і щирий мій краю» (г. Городок, 2010 г.), об истории Городоцкого района Хмельницкой области, почти тридцатилетнему периоду турецкого владычества на Подолье посвятили только 1 маленький абзац в три предложения:

«Пережило местечко [Городок] и 27-летнее турецкое владычество на подольской земле, когда… турки в 1672 г. захватили Подолье. Страшное время пережили тогда эти земли – разруха и опустошение царствовали вокруг. Христианские святыни турки превращали в конюшни, в лучшем случае – в мечети»

И это всё!

В следующем абзаце рассказывается уже о том, что после возвращении Подолья в состав Речи Посполитой оно был настолько опустошенным, что для исправления демографической ситуации местным магнатам пришлось завозить крестьян-мазуров с территории Польши. Сегодня фамилия Мазуренко, одна из самых распространенных на Городоччине.

Всего два абзаца и у читателя складывается абсолютно превратное впечатление, что турки на Подолье были хуже орд Батыя и жестоко вырезали все живое вокруг… Кстати, о христианских храмах тоже явный перебор. Но об этом — ниже

По большому счету авторы «Променистого края…» не соврали. Действительно, после турок Подолье было почти пустыней. Это – абсолютная правда. Но, причем здесь турецкое владычество!?

По состоянию на 1672 год, когда Подолье вошло в состав Оттоманской Порты, даже самый отпетый оптимист вряд ли бы назвал эти земли процветающими и многолюдными. Начиная с 1648 года Подольский край стал ареной ожесточенных схваток и не знал мира. Сначала огнем и мечом здесь прошло войско Богдана Хмельницкого. Если крестьяне встречали казаков с радостью, то в городах и местечках было иначе. В своем большинстве городское население состояло из евреев, поляков-католиков и украинцев-униатов. Кто не успел бежать — гибли. В том таки Городке, после взятия местного замка, повстанцы вырезали всех, пытающихся спастись в твердыне. По словам современника: «не пожалели не шляхту не посполитство (т.е. простолюдинов)».

После отхода войск Хмельницкого «во всей красе» отметились уже королевские войска. Процесс «пацификации», то есть умиротворения местного населения, по жестокости и размаху многократно превзошел деяния войск гетмана. Слово «зверства» осознанно не применяю. «Зверства» — это жестокость выходящая за рамки норм и морали войны. Казаки же действовали исключительно соответственно духу и правилам своего времени. Впрочем, как и королевские каратели.

Остатки минарета  возле францисканского костелаОстатки минарета возле францисканского костела

«Пацификаторы» тоже «отметились». Кроме грабежей и непосильных контрибуций, наложенных на местное православное население (все православные автоматически были зачислены в пособники Хмельницкого), начались массовые казни. Королевские солдаты казнили каждого десятого (невзирая на пол и возраст), а бывало, и каждого третьего! Понятно, что население, не дожидаясь прихода карателей, в ужасе бежало, куда глаза глядят. Бежали целыми селами!

Жестокая «пацификация» вызвала ряд локальных восстаний. Со всем, что этому сопутствует – грабежами и вырезанием всех лояльных короне. В отместку – опять «пацификации». И далее по кругу…

Ситуацию усугубляли и многочисленные банды, занимающиеся банальным грабежом. Экономическая жизнь Подолья была полностью уничтожена. Кто имел хоть какие деньги – спешили покинуть этот «рай». У кого их не было — тоже. На момент прихода турок – на Подолье фактически четверть столетия пылала непрерывная война. Война в жестоких традициях XVII века, со всеми вытекающими последствиями.

Следует сказать, что сначала на Подолье турки вторглись не как завоеватели, а как союзники украинского гетмана Петра Дорошенко, принявшего в 1669 году протекцию султана. Гетман планировал использовать турок для распространения Правобережной гетманщины на земли Западной Украины и для борьбы с поляками и московитами.

26 августа, 1672 года войска султана Мехмеда IV вместе с союзными войсками Дорошенко взяли крепость в Каменце-Подольском, ранее считавшуюся абсолютно неприступной. Героическая оборона города и крепости красочно описана в книге «Пан Володыевский» польского писателя Генрика Сенкевича.

Каменецкий гарнизон капитулировал после почти двухнедельной осады. Это была довольно почетная капитуляция. По ее условиям турки дали гарантии безопасности жизни и имущества мещанам и всем, кто пожелает остаться в городе. Кто же пожелал выехать – могли это свободно сделать. Более того, — жовниры могли взять с собой не только семьи и имущество, но и оружие. Условия капитуляции также гарантировали свободное проведение церковных служб в оставленных христиан храмах (каждой из городских общин – православной, католической и армянской полагалось по три храма). Кроме того — шляхта и духовные лица освобождались от постоя.

2 сентября султан триумфально въехал в город. Не исключено, что в процессии принимал участие и гетман Петро Дорошенко. В летописи Самовидца утверждается, что гетман де ехал вместе с султаном по улице вымощенной «божьими образами». Последнее, более чем домысел, выполненный в лучших традициях политической пропаганды того времени. Такого, не было, и быть не могло. Турки вовсе не желали обозлить таким святотатством местное население, к тому же настроенное к ним довольно лояльно и даже с некоторой симпатией. Дело в том, что с начала XVII века королевские власти заняли довольно жесткую позицию по отношению к некатолическому населению Речи Посполитой, чем вызвали сильное недовольство православной, армянской и еврейской общин. Кроме того такое кощунство противоречило и исламской традиции.

Коран учит верующих относиться с почитанием и уважением к святыням христиан и иудеев. Коран гласит, что места поклонений людей Писания (т.е. мусульман, христиан и иудеев), — храмы, монастыри и синагоги находятся под защитой Всевышнего.

Исходя из этого, – вряд ли стоит верить Самовидцу, который в Каменце не был и не мог быть свидетелем происходящего. В летопись, скорее всего, попала обычная легенда-страшилка. Не подтверждается это кощунство ни местными церковными и монастырскими хрониками ни народными преданиями. Что-что, а вот въезд султана в завоеванный город по дороге вымощенной иконами уж точно бы остался в народной памяти.

Ничем не подтверждается и информация о том, что турки де превращали храмы в конюшни. Как сказано выше – это противоречит Корану.

После падения Каменец-Подольского Подолье вошло в состав Османской империи. На вновь присоединенных землях был создан Каменецкий эялет – так называлась провинция во главе с губернатором (бейлер-беем). Название эялет происходит от арабского «ийяла» – управление. Важно отметить, что из тех 27 лет, когда Подолье юридически находилось под властью султана, эта власть реально ограничивалась только девятью годами, когда на этой земле был мир – 1672-1673 г.г. и 1676-1683 г.г. Только в годы мира бейлер-бей реально управлял провинцией. Все остальные годы власть губернатора ограничивалась самим Каменец-Подольским и ближайшей округой. Более того, королевские войска чуть ли не ежегодно подходили к стенам города, и неоднократно осаждали крепость. Поляки же и превратили все прилегающие к Каменцу-Подольскому земли в пустыню. Чтобы лишить крепость поставок продовольствия жителей всех окрестных сел насильственно выселялись в соседние воеводства Речи Посполитой.

В силу вышеуказанных причин материальных свидетельств почти тридцателетнего владычества Турции на Подолье практически не сохранилось. А что есть – можно увидеть, преимущественно, в только в самом Каменце-Подольском. Это упомянутая выше мечеть и, в первую очередь, Старая Крепость.

Замок во время осады сильно пострадал. Особо сильные разрушения произошли во время взрыва порохового склада, уничтожившего едва ли не третью часть крепости. Этот, абсолютно случайный, взрыв, прогремел, когда уже прошли переговоры о капитуляции. Генрик Сенкевич в своем «Пане Володыевском» придал этому событию героический ореол. Мол, это был подвиг полковника Володыевского и майора Гейкинка, взорвавших склад, чтобы крепость не досталась врагу. На самом деле порох поджог командир немецких наемников. Зачем он это сделал – и сегодня не понятно.

Естественно, после этого твердыню пришлось отстраивать едва ли не заново. Еще до недавнего времени рука турецких фортификаторов в облике Старой Крепости просматривалась без проблем. Правда, после последней горе-реставрации это уже почти незаметно. Реставраторы додумались налепить на крепостные башни высокие барабаны из красного кирпича, которых там отродясь не было, да еще и увенчать их высокими шпилями крытыми деревянным гонтом (дранкой)! Вы можете представить себе крыши крепости крытые деревянными дощечками? Это же до первого выстрела! А потом – гори все синим пламенем. С появлением огнестрельного оружия и артиллерии даже черепицу перестали использовать – при попадании ядер тяжелые сколки кровли сыпались но головы защитников не хуже шрапнели. Крыши крепостей крыли свинцовым листом. И безопасно и, в случае длительной осады, – запас для отлива пуль и картечи.

О преотвратной «реставрации» свидетельствует и то, что летом 2010 года рухнула одна из «отремонтированных» башен.

Учитывая, что за исключением девяти мирных лет губернатор реально контролировал только сам Каменец-Подольский, каких либо масштабных строительных работ в эялете администрация провести не успела. Из материальных памятников стоит упомянуть, разве что, «турецкий мост» через речку Смотрич, возле села Купин Городоцкого района. Правда, где-то в 70-х годах ХХ века, его оштукатурили цементом, и сегодня он выглядит не так живописно, как раньше.

Остались следы и в топонимике. В частности в том таки Городоцком районе есть село Турчинцы. По одной из легенд ранее здесь был небольшой гарнизон. Много солдат успели обзавестись местными женами. Когда Подолье, на основании Карловацкого договора, вернули Речи Посполитой, они-де захотели остаться. Так появились Турчинцы.

Об «Оттоманщине» свидетельствуют и частые находки турецких монет и специфической формы глиняных курительных трубок турецкой работы. В краеведческом музее Городка таких несколько. На одной, даже, видно клеймо мастера с арабской вязью. Учитывая, что такие трубки находят повсеместно, вряд ли они принадлежали янычарам. Скорее это результат торговли.

Но вернемся к периоду Каменецкого эялета. Заполучив новую провинцию султан, естественно, рассчитывал на прибыль. Поэтому никакого резона разорять край у турок не было. Что толку с даже самых плодородных земель, когда там нет людей, не процветает сельское хозяйство и торговля?

Чтобы выровнять демографическую ситуацию в крае, новая администрация предпринимает ряд шагов. Например, согласно договоренностей, подписанных при капитуляции Каменца-Подольского, все недвижимое имущество, оставленное не пожелавшими жить под властью султана – переходило в собственность казны. Оставшиеся мещане – недвижимость сохраняли, но должны были платить за нее арендную плату. Так сначала и было. Но вскоре эту подать отменили. Чтобы жители могли обустроится им устроили своеобразные «налоговые каникулы».

Подобное в Украине для малого и среднего бизнеса только обещают. Довольно необременительными были и общие налоги – они, преимущественно, ограничивались десятиной.

Впрочем, как уже было сказано выше, за исключением нескольких мирных лет реальная власть бейлер-бея ограничивалась только Каменцем и несколькими основными крепостями – Меджибожем, Немировым и т.д., поэтому говорить о том, как власть султана реально повлияла на жизнь местного населения – вряд ли возможно. Единственное, о чем можно с уверенностью говорить – произвола и зверств не было, как и не было религиозного гнета. Наибольшие же бесчинства творили, как раз христиане-поляки. Достаточно вспомнить упомянутую выше депортацию местного населения с Каменецкой округи.

Чтобы понять планы султана относительно Подолья стоит рассмотреть ситуацию в соседней Хотинской райе (от Каменца-Подольского до Хотина всего 25 км.)

В XVII — начале XVIII веков Хотин переходил из рук в руки. Им владели и молдавские господари, и поляки, и турки. Ситуация кардинально поменялась в 1711 году после провального Прутского похода русского царя Петра I и бегства примкнувшего к нему молдавского господаря Димитрия III Кантемира.

Здесь стоит вспомнить любопытный факт, согласно мирному договору турецкая армия охраняла и оберегала отступающее и изрядно потрепанное русское воинство от своих же союзников – крымских татар. Кто там говорил о «восточном коварстве»?

После бегства Кантемира молдавский престол заняли представители родов из фанариотов – так называли греков, живших в стамбульском квартала Фанар.

Во время штурма Константинополя в 1453 году султан Мехмед II помиловал греков добровольно сдавшихся в плен. Последних особенно много было в торговом квартале Фанар, расположенном у главного константинопольского маяка (отсюда и название квартала). Торговцам было все равно при ком торговать – при византийском императоре или турецком султане… Район Фанар вскоре стал главным центром греческой общины уже османского Стамбула.

За довольно внушительную сумму, врученную султанским чиновникам, фанариоты добились права посадить на престол Молдавии, а затем и Валахии своих людей. Понятно, что и все княжеские чиновники тоже были из фанариотов. Понеся солидные траты на взятки, новые правители Молдавии, естественно, старались, как можно быстрее «отбить» свои деньги и обдирали подданных как липу.

Но для Хотина этот беспредел длился не долго. Турция была очень заинтересована в контроле над стратегически важной Хотинской крепостью. Они перестроили и усилили твердыню. Для обеспечения же гарнизона продовольствием и другими припасами к крепости было причислено несколько сотен окрестных деревень. На этой базе в 1715 году и образовалась Хотинская райя – территориальная единица находившаяся в непосредственном подчинении Османского правительства. Территория эта была довольно большой. Вдоль Днестра она простиралась на 130 верст, а в ширину имела 30-35 верст. Напомню — 1 верста чуть больше современного километра.

Османцы быстро навели порядок в округе. Беспредел и узаконенные грабежи фанариотских чиновников прекратились. Были обузданы и аппетиты местных бояр-феодалов. Следует сказать, что как и Подолье – Хотинщина, на момент создания райи, была почти безлюдна. Значительная часть населения округа – разбежалась. Сначала – в связи с бесчинствами, которые творили отступившие после поражения под Полтавой войска Карла XII. Потом – во время русско-турецкой войны. Многие, опасаясь мести со стороны турок, бежали вместе с князем Димитрием III Кантемиром в обозе отступающей армией Петра I. Оставшиеся — разбежались из-за фанариотского гнета. В итоге во многих селах райи не осталось ни единого жителя!

Минарет у Хотина (разрушен полностью в 1942 г.)Минарет у Хотина (разрушен полностью в 1942 г.)

Такая ситуация вынудила турецкие власти срочно искать выход, чтобы возродить и пустующие села и вернуть разбежавшихся крестьян, чтобы заросшие сорняками поля опять начали обрабатываться, а налоги поступали в казну.

Если раньше бояре и княжеские чиновники обирали местных крестьян по принципу «сколько можно содрать, столько и возьмем», то с приходом новой администрации была введена внятная и не очень обременительная система налогов. Более того, турецкие чиновники тщательно следили, чтобы, например, десятина была именно «десятиной». При фанариотах же, под видом этого налога, сдирали восьмую и, даже седьмую часть!

Султан также устроил для вновь вернувшихся «налоговые каникулы». Согласно его повелению:

«Разбежавшиеся из-за вторжения московитов либо из-за злодеяний и насилий зимовавших прежде в этих местах шведов и киевского воеводы, возвратятся в свои села, станут жить там, построят себе заново дома, начнут пахать землю и уберут годовой урожай, то с них не требовать подушной подати, десятины и других райятских налогов, так как в силу установленного порядка они на год освобождены от налогов, чтобы дать им окрепнуть. Волей божьей, со второго года, каким, кстати, является 1129 (1129 год хиджры соответствует 16 декабря 1716 — 4 декабря 1717 г.), с них тоже будут взиматься, как предусмотрено, подлежащие оплате подушная подать, десятина и прочие налоги с райятов. С райятов, которые вернулись потом и опять поселились в вышеупомянутых деревнях, тоже не требовать ничего, пока не соберут годового урожая с земли. Сообразно с установленным порядком подати с них будут взиматься лишь со второго года…»

О размерах налогов говорит, например такой факт.

Каждый хозяин платил ежегодно за себя по 3 лева и 34 пары, а за детей и слугу (если они были) по 2 лева и 4 пары. Для сравнения – ведро пива (другими мерами оно не продавалось) стоило 2 лева 20 пар.

Со всей продукции земледелия взималась десятая часть в натуральном виде.

С каждой головы мелкого рогатого скота (козы-овцы) взыскивалась одна пара в год. По курсу того времени 1пара = 1,5 русской копейки.

За свинью нужно было уже раскошелиться – 4 пары (т.е. 6 копеек в год)

Для сравнения булка хлеба тогда стоила 2-3 пары, око говядины – около 10 пар (око = 3 фунта = 1 кг 350 гр)

Подход турок к хозяйствованию был весьма прагматичен. Говоря современным языком они увеличивали доход не за счет сверх эксплуатации населения, а за счет увеличения базы налогообложения. Кроме того, в результате такого метода хозяйствования, ставали невозможными и ненужными восстания и бунты. Опять же – экономия. Не нужно тратиться на удержание крестьян и мещан в узде. Да и компенсировать убытки от самого бунта и его последствий надобности не было. К концу XVIII века Хотинская райя стала одним из самых процветающих территорий этой части Европы! И это не смотря на то, что во время русско-турецких воен крепость несколько раз переходила из рук в руки и Хотинщина становилась зоной активных боевых действий.

Не было в райе и каких либо религиозных притеснений. Единственное — за право строительства новой церкви требовалось внести небольшой налог.

Увы, все это тут же кончилось, когда сюда окончательно пришли русские войска. Освобождать единоверцев. В 1806 году императорская армия во главе с генералом Эссеном и князем Долгоруким заняла хотинское предместье Рушны. Комендант Мехмед-паша, в виду готовившегося приступа преобладающими силами противника, капитулировал. С 1806 по октябрь 1811 годы Хотинская райя, уже в статусе обычного «цинута», номинально входила в Молдавское княжество, а после, с 1812 г., ее уже официально включили в состав Российской империи.

В 1816 году, всего три года спустя после присоединения Хотинщины к России, здесь побывал надворный советник П.П. Свиньин. Обо всем, что он увидел можно прочитать в книге «Описание Бессарабской области» вышедшей в 1816 году: «Жители сего цинута большею частию бедны, – записал П.П.Свиньин, — несмотря на многие способы к достаточной жизни и к производству весьма выгодной торговли. Причины сему должно искать в земском управлении, которое, вероятно, причинило и побеги их в Бессарабию и за Прут, что в цинуте сем беспрестанно видимо было, особливо в прошедшем [1815] году. До начала сего 1816 года Хотинская рая лишилась от побегов 3.353 семейств»

Для сравнения, по состоянию на 1815 год в Хотинском округе жило 17.052 семей. То-есть, из под тяжелой руки единоверцев-освободителей под «мусульманское иго» сбежал почти каждый пятый!

Как пишет тот же Свиньин, многие села совершенно опустели от побегов.

Что же до жителей самого Хотина, то они дошли «до нищеты и обременены неоплатимыми долгами, принуждены по сие время жить или в услужении, или мирским подаянием. Сие жалостное положение несчастных хотинских жителей ходатайствует о даровании им высочайшей милости — уничтожении питейного в их городе откупа, что послужит им способом поправиться в скором времени, и о чем неоднократно утруждал он высшее начальство».

Выросли и цены. Как утверждает в своей книге надворный советник Свиньин, цены на основные припасы во времена турецкого правления были вдвое меньше.

Любопытно, что за столетие русского владычества в некогда процветающем крае, ситуация нисколько не улучшилась. Не расцвел и Хотин.

В частности в обзоре «Бессарабия» (1902 год) читаем: «Во время владычества турок Хотин был одним из лучших турецких городов: в нем были красивые турецкие здания, сады и мостовые. Теперь только живописные окрестности Хотина остались прежние. Военные события конца XVIII и начала XIX вв. истребили турецкие здания, а нахлынувшее с водворением русского владычества еврейское население загрязнило некогда щеголеватую наружность города».

К началу ХХ века о былой красоте Хотина напоминали только руины минарета… Он простоял до самой Второй мировой войны и был взорван немцами в 1942 году.

Замечу, что этот материал не претендует на глубокую историческую разведку. Скорее это попытка внести несколько штрихов на «белое пятно» украинской истории. И попытка чуть разбавить те черные краски, которыми обычно рисуют отношения Украины с соседним исламским миром.

«Уммаинформ»

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Комментирование закрыто.

Авторизация
*
*
Войти с помощью: 
Регистрация
*
*
*
Войти с помощью: 

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.


Генерация пароля

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.


Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: