Информационное
агентство России
-5°C
25 ноября, 14:18

Шахнаме Александра Первого

Гюлистанский договор 1813 г. между Петербургом и Тегераном – через призму российско-британо-французского геополитического соперничества

Rinat
Шахнаме Александра Первого
Победив Персию, Россия закрепилась в кавказском регионе

Вторая половина 1809 г. привела к обострению русско-французских отношений. Первым «официальным» пунктом здесь высветилось неоказание Россией помощи Наполеону в Ваграмском сражении с Австрией (июль). Тем самым Петербург проигнорировал русско-французские договоренности в Эрфурте (октябрь 1808 г.), согласно которым Наполеон соглашался на присоединение Молдовы и Валахии к России (при условии неприкосновенности остальных частей Османской империи), а Александр I обещал поддержку Парижу при объявлении ему войны со стороны Вены(1).

Посему заполучение Россией в сентябре 1809 г. (по итогам русско-шведской войны) Финляндии (включая Аландские острова), вошедшей в состав Российской империи на правах автономного княжества, вряд ли было положительно воспринято Парижем (ранее предоставившим добро на это). А тут еще ратификацию подписанной к концу 1809 г. сторонами конвенции о Польше, фиксировавшей, что «Польское королевство никогда не будет восстановлено», а Варшавское герцогство не получит расширения за счет территорий, составлявших бывшую Речь Посполитую(2), Наполеон поставил в зависимость от женитьбы на сестре Александра I, русской княжне Анне Павловне (во имя сближения с Россией). Но, под предлогом ее юного возраста, семья российского императора добро на брак не предоставила. Как следствие, в начале 1810 г. Наполеон взял в жены Марию-Луизу, дочь Франца II, что означало поддержку Парижем Вены в балканском направлении.

Естественно, следом Наполеон отказался ратифицировать конвенцию о Польше. В ответ на что Россия нанесла укол Франции еще с одного угла.

Игры вокруг «континентальной блокады»

Инициированная Францией антианглийская блокада, должная привести к закрытию для британской торговли всего европейского континента(1), явно давала сбои. Контрабандным путем английские товары попадали в Европу через Пиренейский полуостров, Балканы, расположенный на берегах Швеции Готенбург и непосредственно северогерманское побережье. Аккуратно распределяясь по всем портам Балтийского моря, наибольшее количество данного груза оказывалось у России. Это способствовало росту в России транзитных перевозок: посредством поступления британских товаров через страну в Западную Европу (с использованием рек).

Париж, явно владевший информацией по данным играм, в августе 1810 г. инициировал вступление в действие т. н. «Трианонского тарифа», допускавшего ввоз колониальных товаров (даже в британском «обрамлении»), но с уплатой высокой таможенной пошлины. Мало этого, ряд пунктов документа практически допускали прямую торговлю с Англией колониальными продуктами при условии вывоза товаров французской промышленности на равную сумму. Тем самым, речь шла о возможности как бы откупиться от «континентальной системы».

Другое дело, что, будучи в пользу государств, более-менее имеющих элементы крупной промышленности (Саксония, западная часть Германии…), Трианонский тариф нес отрицательнейший оттенок для стран, экспортировавших сырье и закупавших продукты, в частности, России, Швеции, северо-восточных ареалов Германии. Говоря другими словами, Петербург никоим образом не мог согласиться с Тарифом, затронувшим экономические интересы страны.

Вполне вероятно, что данный ход Франции был вынужденным, в основе чего находилось активнейшее пробитие Россией бреши в инициированной Наполеоном антибританской блокаде. Поэтому не исключено, что своим октябрьским шагом он предпринял еще одну попытку приостановить ухудшение русско-французских отношений. Когда, посредством флигель-адъютанта русского императора, князя Александра Чернышева, направил послание Александру I, где говорилось о нахождении в гавани Балтийского моря свыше 600 английских купеческих кораблей, Наполеон призвал конфисковать весь этот торговый флот. Сделано это было на фоне появления наполеоновского декрета об изъятии и сожжении продуктов английских фабрик во всех странах, занятых французскими войсками.

Но ситуация уже набирала иные обороты. Россия установила значительную пошлину на шелка, кружева и другие предметы роскоши, нейтрализовав контрабандные операции с этими товарами. Данная мера однозначно несла атифранцузские нотки, приведя к антироссийским решениям Наполеона.

13 декабря Франция присоединила северогерманские земли, включая Любек, что обеспечивало Парижу выход к Балтийскому морю. Это вызвало очередное недовольство Петербурга, к которому присовокупился и факт, несший оттенок личного оскорбления Александра I. Тонкость тут – в объявлении Наполеоном территорией Франции герцогства Ольденбургского, а родная сестра русского правителя была замужем за принцем Ольденбургским (правда, в преддверии оккупации Наполеон предлагал герцогу в качестве компенсации Эрфурт, но царь отсоветовал тому соглашаться с предложением)(3).

Наверняка, французский щелчок Александру I, наложившийся на подчинение Наполеоном своему влиянию географических зон, «причастных» к доставке на континент контрабандным путем английских товаров, стали последними каплями в приближении российско-французской войны. По словам тогдашнего французского посла в России Армана де Коленкура, Наполеон считал необходимым нанести удар России, как «единственной решающей державы, еще остающейся на континенте и могущей причинить ему беспокойство, присоединившись к Англии». Он называл полезным отстранение «русских от европейских дел» и создание «в центре» государства, должного стать «барьером против нашествий северной державы». Этот «последний удар» нужен для завоевания всеобщего мира и годов «благоденствия для нас и наших детей после стольких лет лишений и затруднений, хотя и полных славы»(4).

На пути к войне

На этом этапе стороны заручались поддержкой соседних стран, где важная роль отводилась Швеции, наследным принцем которой являлся бывший наполеоновский маршал Бернадот (Карл XIV Юхан). «Антитрианоновский тариф» привел Швецию к политико-экономической связке с Россией, но в преддверии войны конфигурация могла принять иные очертания. Наполеон пообещал Бернадоту Финляндию, в случае поддержки выступления против России, но тот, все же, предпочел предлагавшуюся ему Александром I Норвегию, и заключенный в апреле 1812 г. между Россией и Швецией союзный договор гарантировал взаимную целостность своих владений, с условием высадки в Северной Германии десанта для действий против Франции. Занятие Бернадотом стороны русского императора обосновывалась далеко не тем, что Норвегия была богаче Финляндии. Швецию от Наполеона ограждало море, «а от России – ничто»(5).

В любом случае, развязка подступала быстрыми темпами. 3 августа 1811 г. Наполеон, в присутствии представителей европейских государств, обратился к российскому послу в Париже Александру Куракину. Резюме двухчасовой речи состояло в констатации нежелания Парижа вести войну и восстанавливать Польшу и продолжения Александром I агрессивной политики, в частности, в направлении присоединении к России Варшавского герцогства и Данцига. Что практически всеми было воспринято в качестве заблаговременного обвинения Наполеоном в назревшей франко-русской войне Петербурга(6).

В марте 1812 г. был подписан русско-шведский договор о нейтралитете Швеции, позволивший России передвинуть на Запад часть войск с северо-западной границы. Параллельно Петербург стремился освободиться и от войны с османами, добившись в мае подписания Бухарестского мирного договора. Россия возвращала Османской империи все кавказские территории, «оружием [российским] завоеванные», т.е. Анапу, Поти и Ахалкалаки. Сухуми и другие регионы, перешедшие в русское подданство, остались в составе России (в скобках заметим, что после взятия русскими войсками летом 1810 г. Сухума, «владетель Абхазской области князь Сефер-Али бек, при крещении названный Георгием Шарвашидзе, присягнул Александру I, поклявшись быть ему «верным, добрым и послушным» подданным, «противности никакой ни тайно, ни явно не чинить»(7).

Также отметим уступку Петербурга Стамбулу «землю Молдавскую, лежащую на правом берегу реки Прута, а также Большую и Малую Валахию, с крепостями». Россия получала «земли, лежащие по левому берегу Прута, с крепостями», т. е. территорию, впоследствии ставшей известной, как Бессарабия (с крепостями Хотин, Бендеры, Аккерман, Килия и Измаил)(8).

Французские историки Эрнест Лависс и Альфред Рамбо трактуют последний ракурс таким образом, что к «похищению Буковины» австрийцами в 1775 г. теперь присоединилось «похищение Бессарабии» русскими. Согласно Э. Лависсу и А. Рамбо, валахские бояре обратились к султану с энергичным протестом, имевшим, однако, так же мало последствий, как и предшествующий. Население региона «болезненно» отреагировало на «покушение на его национальную самобытность». Со слов румынского писателя Драгичи, «по мере приближения рокового дня выполнения договора», все прощались с отцами, братьями и родственниками, «быть может, навсегда». Прут, отныне разделявший румынские области, стал называться «проклятой рекой»(9).

«Средина» р. Прута действительно стала границей между странами. Петербург закрепил за собой право торгового судоходства на всем течении Дуная. Российские военные корабли получили возможность «ходить с Килийского устья до соединения реки Прута с Дунаем».

В свою очередь, от заключения договора выиграли сербы, которым Стамбул предоставил «управление внутренних дел их, определив меру их податей, получая оные из собственных их рук». Говоря другими словами, Сербия стала обладателем внутреннего самоуправления, явившегося значительным шагом на пути получения полной независимости(8).

Зафиксированные документом договоренности обеспечили для России нейтралитет Османской империи в уже ощущаемой войне с наполеоновской Францией.

22 июня Наполеон обратился к войскам с воззванием, обвинив Россию в нарушении Тильзитского соглашения и назвав нападение на Россию второй польской войной. Спустя сутки началась переправа французских войск через пограничный Неман (у литовского Ковно). 24 июня 1812 г. Александру I доложили о вторжении Наполеона.

Данный ход событий поспособствовал подписанию в июле в Эребру англо-российского мирного договора, оформившего восстановление дипотношений между странами. Возобновлялась двусторонняя торговля (на основе принципа взаимного наибольшего благоприятствования), а Британия обязывалась оказывать помощь России в войне с Наполеоном. Одновременно заключенный англо-шведский договор положил начало трехстороннему антифранцузскому союзу.

Подписание Гюлистанского договора на фоне отступления Наполеона из России

Поражения русской армии на первом этапе войны с французами и вступление Наполеона в сентябре 1812 г. в Москву вдохновили Тегеран (или курирующий его Лондон?)(1). 19-20 октября персидские войска под предводительством Аббаса-Мирзы при руководстве, что весьма симптоматично, «английскими офицерами», перешли в наступление, столкнувшись с возглавляемыми генералом Петром Котляревским отрядами у Асландуза (Асландузский брод через р. Аракс). Персияне планировали, перейдя Аракс, нанести молниеносное поражение малочисленным силам русских, вслед за чем осуществить проход через Карабах в Кахетию и Грузию, в целях соединения с «грузинскими мятежниками»(10) (подразумевается продолжавшееся с весны 1812 г. антироссийское восстание в Кахетии). Также Аббас Мирза приказал Эриванскому хану произвести параллельную атаку на российские пограничные посты.

Однако, превосходящие силы Персии потерпели поражение, что привело к окончательной утрате Тегераном военной мощи. Свидетельством чего явилось подступление русских в декабре к Ленкоранской крепости. Блокировав ее, П. Котляревский потребовав от «командующего Сардаря Садых-Хана» ее сдачи(11).

Но в ответном письме Садых хан заявил, что «вы пришли не освободить Талышинское Ханство из рук персов», как о том утверждалось, «а расширить свою территорию за счет чужой земли». «Отличаясь ненасытною жадностью, – писал Садых хан, – ваши императоры поставили себе целью подчинить своей власти все слабые царства, а в особенности мусульманские, пользуясь их неподготовленностью к войне», но «не лучше ли избавить и спасти своих крестьян из под гнета и оков ваших помещиков?». «Мы с вами не воюем, а обороняемся от вас, как от нападающих диких хищных зверей, – резюмировал Садых хан, – заявляя вам категорически, что мы все костьми ляжем и поголовно умрем, а не сдадим крепости вам добровольно»(12).

По получении этого письма, «видя упорность» всего гарнизона и имея «недостаток в снарядах для продолжения блокады», П. Котляревский «должен был решиться на последнее средство штурмовать». «Мне, как русскому, – говорил он позднее, – оставалось только победить или умереть: ибо отступить значило бы посрамить честь оружия русского, отдать навсегда в руки персиян Талышинское владение»(11).

Штурм крепости начался в ночь на 1 января 1813 г. Несмотря на упорное сопротивление защищающихся, российские воины овладели ею, правда, ценою массовых жертв. «Ожесточение русских войск достигало высшей степени своего озлобления и мести: все живое человеческое существо, встречавшееся на пути рукопашной битвы, погибало под штыками и шашками свирепевших озлобленных солдат, не исключая даже грудных малюток, беременных женщин, старух и стариков. Сопротивление сделалось немыслимым и уцелевшие еще защитники, оттесненные к береговой стороне крепости, начали бросаться в реку, надеясь спастись на противоположном берегу ее; но и здесь встречала их меткая картечь двух пушек, заблаговременно поставленных на правом берегу речки Ленкоранки, под прикрытием 80 стрелков»(12).

В апреле 1813 г. министр иностранных дел России Николай Румянцев в письме главнокомандующему в Грузии и главноуправляющему по гражданской части Николаю Ртищеву писал, что российские «победоносные войска», изгнавшие Наполеона, перейдя «за пределы империи», продолжали «торжественное свое шествие» через «Пруссию и Варшавское герцогство». Он ставил его в известность о том, что «российские знамена развеваются уже за Эльбою; Берлин, Дрезден, Любек, Гамбург в наших уже руках. По всей Германии распространяется дух волнения против Франции и в разных местах явно уже обнаружился». С учетом того, «в каком блистательном положении дела наши находятся», ежедневно «круг благодетельного влияния его императорского величества должен распространяться более и более». Посему, «вновь открывшийся» путь «иметь сношения с персидским правительством» позволяет «распространить сии известия в Персии». Вслед за чем зафиксировать, что «когда Ленкорань уже за нами, непременно должна утвердиться и независимость ханства Талышинского» «под защитой и покровительством Российской империи». Александру I «угодно» внесение данного пункта «в число непременных условий, на случай, если бы возобновились мирные переговоры с Персией»(13).

Подписанный 12 октября 1813 г. в с. Гюлистан (Карабах) русско-иранский мирный договор признал часть Талышского ханства за Россией. К которой перешли Бакинское, Карабахское, Гянджинское, Ширванское, Шекинское, Дербентское и Кубинское ханства, а также Картли, Кахети, Мегрелия, Имеретия, Гурия и Абхазия. Петербургу получил исключительное право иметь свой военный флот на Каспийском море.

Весьма симптоматично высвечивание в имевших место событиях армянского фактора. Так, русский генерал, военный историк Василий Потто приводил отрывок из донесения на имя Александра I по поводу «кахетинского бунта» Н. Ртищева, отмечавшего, что «армянский народ» сражался с мятежниками, «выказывая» опыты «искреннейшей верности»(14).

После чего, в грамоте «армянскому народу нашему, обитающему в Грузии», русский император продекларировал выделение армян «примерным постоянством и преданностью» в момент, когда «неблагонамеренность» пыталась «поколебать водворенное» в «Грузии спокойствие». Александр I, подчеркнув твердость и непоколебимость армян «в своем усердии» к «престолу нашему», заявил об обязательности «засвидетельствовать перед целым светом справедливую нашу им признательность и благоволение»(15).

Вполне очевидно, что итоги гюлистанских договоренностей никоим боком не могли удовлетворить Великобританию. Это привело к подписанию Лондоном в ноябре 1814 г. нового договора с Персией, предусматривавшего, в т.ч. аннулирование шахом соглашений и союзов «со всеми враждебными Англии европейскими государствами»; недопустимость пропуска Тегераном, а также правителями Хорезма, Бухары и Самарканда, через свои территории войск европейских держав в Индию. Тегеран обязывался оказывать военную помощь англичанам в случае войны между Афганистаном и Индией; приглашать военных инструкторов для иранской армии только из Англии или из дружественных ей стран. При нападении на Иран какой-либо европейской державы (естественно, подразумевалась Россия) Лондон гарантировал помощь отправкой войск из Индии или выплатой ежегодной субсидии. Параллельно Англия обязывалась добиться пересмотра установленной в Гюлистане русско-иранской границы и не занимать какие-бы то ни было части его территории(16).

Благодаря договору, важнейшим завоеванием англичан стало превращение Лондона в единственную военно-морскую державу в Персидском заливе. Произошло это путем поступления «в распоряжение шаха» базировавшегося на острове Харк британского флота, должного оказывать помощь Ирану. При этом, «морское» содействие Тегерану обусловливалось его реализацией актуальностью, определяемой британцами(17).

А к геополитическому порогу уже подступал Венский конгресс европейских держав, должный принять ряд значительных территориальных решений по европейскому континенту.

1.См. подр.: Теймур Атаев. Европа, Восток и Кавказ — единые звенья мировой геополитической палитры начала XIX века
http://islamsng.com/sng/pastfuture/6384
2.Русско-французская конвенция относительно Польши, заключенная в С.-Петербурге 23 декабря 1809 г.
http://www.noisette-software.com/russko-francuzskaya-konvenciya-otnositelno-polshi-zaklyuchennaya-v-s-peterburge-23-dekabrya-1809-g-4-yanvarya-1810-g/
3.См. подр.: Разрыв союза России и Франции
http://storyk.ru/raznoe/voina_1812/razriv_soyza_rossii_francii.html
4.Коленкур А. Поход Наполеона в Россию
http://militera.lib.ru/h/caulaincourt/01.html
5.История дипломатии, Том 1
http://books.google.ru/books?hl=ru&id=1MIHAAAAMAAJ&dq=%D0%B8%D1%81%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%8F+%D0%B4%D0%B8%D0%BF%D0%BB%D0%BE%D0%BC%D0%B0%D1%82%D0%B8%D0%B8+%D0%BF%D0%BE%D1%82%D0%B5%D0%BC%D0%BA%D0%B8%D0%BD&q=%D0%BD%D0%BE%D1%80%D0%B2%D0%B5%D0%B3%D0%B8%D1%8F
6.Отечественная война и Русское общество. Том III
http://www.museum.ru/1812/library/Sitin/book3_12.html
7.Присяга абхазского князя Георгия Шаваршидзе (Сефер-Али бека) 23 августа 1810 года при вступление в подданство России
http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/Kavkaz/XIX/1800-1820/Prisjaga_Serwasidze_1810/text.htm
8.Бухарестский мирный договор 1812 года. Текст
http://warsonline.info/1812-god/bucharestskiy-mirniy-dogovor-1812-goda-tekst.html
9.Эрнест Лависс, Альфред Рамбо. История XIX века. Том 2. Время Наполеона. Часть вторая. 1800-1815
http://www.tinlib.ru/istorija/tom_2_vremja_napoleona_chast_vtoraja_1800_1815/p7.php
10.»Асландуз». Статья в «Военной энциклопедии» под ред. В.Ф. Новицкого и др., 1911-1915
http://slovari.yandex.ru/~%D0%BA%D0%BD%D0%B8%D0%B3%D0%B8/%D0%92%D0%BE%D0%B5%D0%BD%D0%BD%D0%B0%D1%8F%20%D1%8D%D0%BD%D1%86%D0%B8%D0%BA%D0%BB%D0%BE%D0%BF%D0%B5%D0%B4%D0%B8%D1%8F/%D0%90%D1%81%D0%BB%D0%B0%D0%BD%D0%B4%D1%83%D0%B7/
11.Донесение командующему в Грузии, генерал-лейтенанту Ртищеву, генерал-майора Котляревского
http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/Kavkaz/XIX/1800-1820/Kotljarevskij_P_S/pokorenie_lenkorana_01_01_1813.htm
12.Теймур бек Байрамалибеков. История Талышского ханства
http://www.talish.org/kitobon/teymur-istoriyatalish-xanata.pdf
13.Письмо Н. П. Румянцева И. Ф. Ртищеву от 16 апреля 1813 г.
http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/Kavkaz/XIX/1800-1820/Otec_vojna_narod_Kavkaza/text.htm
14.В. Потто. Кавказская война. Том 3. Персидская война 1826-1828 гг.
http://www.libros.am/book/read/id/166909/slug/kavkazskaya-vojjna.-tom-3.-persidskaya-vojjna-1826-1828-gg
15.Высочайшая грамота Александра I «всему любезно-верноподданному армянскому народу, обитающему в Грузии» от 15 сентября 1813 г.
http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/Kavkaz/XVIII/1760-1780/Snos_Ecmiadzin_Ross/pril06.htm
16. Англо-иранские договоры и соглашения
http://dic.academic.ru/dic.nsf/dic_diplomatic/96/%D0%90%D0%9D%D0%93%D0%9B%D0%9E
17. Англо-иранское сближение во время русско-иранских войн первой трети XIX века
http://www.nationshistory.ru/nhistorys-144-4.html

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Войти с помощью:
Добавить комментарий:

  1. nursafar03.03.2013 11:15

    Теймур Атаев в своем репертуаре — пишут то, что НЕ ИНТЕРЕСНО.
    Теймур, скачай и размести здесь небольшую главу из «хроники Исламских государств» и ты сделаешь бОльшую пользу для себя и окружающих.

  2. Хасан 03.03.2013 13:51

    Очень интересная статья. У меня как раз пробел был небольшой в истории 1800-1811гг.
    Зур рахмат за статью.

  3. Talish04.03.2013 8:57

    Не читал таких подробностей о взятии Ленкорани. Всегда приводят только «Покорение Ленкорани» Котляревского. Пока сами не будем знать своей истории нами будут вертеть как хотят. Хорошие подробности

    • Хасан 04.03.2013 9:23

      Ас-саляму алейкум. Как обстоят дела у талышей в Азербайджане сейчас?

      • Talish04.03.2013 10:35

        Ас-саляму алейкум
        Да нормально. есть кусок хлеба — все норм. как проблемы сразу политика

Комментирование закрыто.

Авторизация
*
*
Войти с помощью: 
Регистрация
*
*
*
Войти с помощью: 

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.


Генерация пароля

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.


Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: