Информационное
агентство России
0°C
21 ноября, 05:24

Динара Садретдинова: "Я несу людям праздник!"

art_dev
Динара Садретдинова: "Я несу людям праздник!"
Динара Садретдинова

Широкая улыбка, лучистый взгляд, неистощимый запас оптимизма: на экране — ведущая программы «Мусульмане» Динара Садретдинова. Каждую пятницу она делится со зрителями не только хорошим настроением, но и самым ценным, что у нее есть — знаниями. О мусульманской культуре, о религии мусульман, о новых событиях в мире ислама, о национальных традициях, передающихся из поколения в поколение. «Если ты узнал хоть одну маленькую букву или хоть одно слово из Корана – поделись этим знанием с другими», — вот кредо Динары, которое побуждает ее появляться каждую неделю в эфире. Единственная в России (да и в Европе!) телеведущая в хиджабе поведала о своем посильном вкладе в дело просвещения телезрителей.

— Динара, вам нравится ваша профессия?

— Я считаю, что профессия ведущей – это временная профессия, ведь не каждому удается удержаться в этой роли, особенно когда есть обстоятельства, препятствующие этому. У меня это – мой образ жизни и мой внешний вид. Прекрасно понимаю, что светские программы в том виде, в каком я сейчас существую, я вести не могу. То есть в хиджабе. Даже, я думаю, «Вести» канала «Россия» вряд ли бы согласились на такую ведущую. И это подарок судьбы, что есть программа «Мусульмане» и я, соблюдающая мусульманка, могу вести эту программу на российском телевидении. Я думаю, такого прецедента нет практически нигде: в европейских странах точно нет ни одной ведущей в хиджабе. Да и про арабские страны говорить не приходится – в некоторых странах, в Египте, например, это вообще не допускается. Конечно, существуют специальные мусульманские каналы, и там такие ведущие есть, а вот на государственном канале… Я, естественно, беру на себя ответственность помнить о правильной, подходящей для эфира одежде. Ведущей надо нести праздник с экрана, и повседневная одежда для этого не очень подходит. Ведь люди смотрят на меня со стороны и, в какой-то степени, берут пример. Вот, например, меня ругают за то, что я выщипываю брови, а этого делать нельзя. Хотя существуют разные комментарии: нельзя полностью лишать себя бровей. Потому что Всевышний создал тебя такой, как ты есть, и менять себя не надо. Это и в отношении косметической хирургии справедливо: нельзя менять форму носа, нельзя увеличивать губы, нельзя наносить татуировки, которые не смываются.

— А вы стараетесь как-то бороться с ложным представлением о том, что ведущая в хиджабе — это «не по правилам»?

— Я борюсь с этим уже тем, что появляюсь на экране, за что большое спасибо руководству канала «Россия», которое лояльно относится к тому, что существует такая программа и ведущая в хиджабе.

— А в чем заключается ваше участие в программе, помимо обязанностей ведущей? Отвечаете ли вы лично на письма зрителей?

— Да, приходится, потому что у нас нет отдела, заведующего почтой. Раньше был такой специальный отдел, который работал с письмами, но сейчас его нет. И приходится отвечать мне, а это чрезвычайно сложно, потому что писем много. И я стараюсь по возможности передавать корреспонденцию в специальные фонды, потому что самой ответить на все у меня нет никакой возможности. Хотя мне очень приятно, что они приходят, я радуюсь каждому письму: и замечаниям, и предложениям, и добрым словам. И крайне приятно, что, как оказалось, среди зрителей нашей программы много немусульман, которые стремятся узнать больше о другом образе жизни, о других традициях. Мне кажется, это хороший признак в отношении как межрелигиозном, так и межэтническом.

— А если в письме есть просьба о помощи, как вы реагируете?

— Ну вот, например, из тюрем приходили воззвания. И мы в ответ отправляли молитвенные коврики, Коран, литературу. Еще у нас есть специальный отдел в Совете муфтиев России, занимающийся этим вопросом. Но лучше, наверное, вспомнить об Исторической мечети, при которой есть фонд, занимающийся помощью заключенным. Сотрудники фонда отправляют в места лишения свободы нужную литературу, и если есть такая потребность, то лучше, конечно, обращаться к ним.

— Получается, ваша работа подразумевает массу обязанностей, большую занятость…

— У меня, на самом деле, не очень тяжелый график. И плюс ко всему коллеги понимающие, особенно руководитель программы Василий Иванович Антипов – он самый лучший руководитель на свете! Ведь у меня маленький ребенок, и порой присутствовать на каждом редакторском часе, когда мы подготавливаем программу и пишем тексты, бывает невозможно. Сами понимаете, маленькие дети – это неожиданные болезни. Но даже в такой ситуации мой руководитель меня выручает и отпускает. Хотя за шесть лет существования передачи по моей вине не была отменена ни одна съемка, ну может только одна, но на то были серьезные причины. Как правило, программа у нас пишется блоками – сразу по два выпуска, иногда по три. То есть занятость не очень большая, и я имею возможность заниматься своей семьей, у меня есть время на хобби. Я даже училась в Институте повышения квалификации работников телевидения и радиовещания на кафедре журналистики и кафедре режиссуры. В будущем я планирую заняться режиссурой.

— Принимаете ли вы участие в выборе гостей программы?

— Да, самое непосредственное. Ведь, на самом деле, находить людей, общаться с ними, делать интервью — это самое интересное. Столько узнаешь нового! Очень многое остается за кадром, ведь в эфир выходит только пятиминутный материал. Интервью же обычно намного больше, и это не включая разговор за стенами студии. Столько полезной и нужной информации! Я очень рада, что сейчас в программе есть рубрика с интервью, ведь первые несколько лет «Мусульмане» выходили только в формате сюжетов. Кстати, зрительская аудитория реагирует на это нововведение по-разному: кому-то стало интереснее, потому что чаще поднимается исламская тема. А кому-то эти беседы не нужны, и они хотят смотреть красивую картинку. Но наша программа тем и отличается, что в ней нет занудства: мы никому ничего не навязываем и не ведем активную пропаганду. Этим, мне кажется, программа «Мусульмане» и интересна.

А где еще, помимо вашей программы, человек, интересующийся мусульманской культурой, может о ней узнать?

— Можно прийти в мечеть, которая, кстати, открыта для всех людей, интересующихся религией ислама. И если вы соблюдаете все этические нормы, вас никто ни в коем случае не выгонит из мечети. Само собой, что туда желательно приходить в закрытой одежде, я имею в виду женщин. Это может быть пиджак и брюки или юбка и кофта с длинным рукавом. И, конечно же, с покрытой головой. Это как в любом храме – если вам интересно, вы можете, так одевшись, прийти, и никто вас не прогонит. Вы можете поприсутствовать на общей молитве и посмотреть, как это происходит. Я даже знаю, что в Мемориальной мечети на Поклонной горе проводят экскурсии – все показывают людям, которые впервые приходят в мечеть. Также там читают лекции.

— Кто входит в аудиторию «Мусульман»?

— Очень жаль, но многие не могут посмотреть программу, потому что наш тележурнал выходит по пятницам в 8:55. Сильно страдают студенты и школьники. Я даже знаю, что бабушки и дедушки записывают выпуски, чтобы показать вечером внукам. Ведь «Мусульмане», возможно, одна из немногих программ, которая несет положительные эмоции всем, независимо от вероисповедования.

— Вы лично планируете работать над сюжетами?

— К сожалению, как корреспондент я не работаю, я работаю в студии. Могу поехать куда-то, если намечается какое-то интересное событие или появляется интересный человек. Еще я иногда принимаю участие в корректировке сюжетов с точки зрения исламской темы.

— Динара, а как вы пришли к исламу?

— Когда я училась в школе, то часто бывала на экскурсиях. Была в Свято-Троицкой Сергиевой Лавре, в других церквях и соборах города Москвы. И у меня осталось впечатление некоторой холодности. Я свои ощущения ассоциировала со всей религией в целом. Конечно, внутри семьи ислам был, но только на уровне традиций. И все.
Это, как правило, даже больше соприкасалось с этническими традициями. Ни пятикратной молитвы, ни других вещей. Я, конечно, знала, что существует Всевышний, но не ассоциировала религию с исламом. Все это появилось потом, когда открыли границы, и пришла религия в страну. Тогда моя сестра впервые попала в мечеть, чтобы учить арабский, и постепенно, постепенно пришла к исламу, к наполненному исламу. Через литературу в нашу жизнь вошла и вера.

— А сейчас вы как-то совершенствуете свои религиозные познания?

— К сожалению, нет. После окончания института (ГИТИС – прим. ред.) я два года училась на курсах при МГУ, в Институте стран Азии и Африки. Изучала там исламское право, чтение и толкование Корана, то есть дисциплины, основополагающие для изучения ислама. Сейчас, к сожалению, времени не хватает, но я очень хотела бы поехать учиться, потому что образование, полученное в России, не столь полное, как, например, приобретенное в Исламском университете в Египте, или в Сирии, или в других странах арабского мира. Но пока продолжить обучение нет возможности. У меня муж обладает глубокими познаниями в исламе, всегда мне очень помогает при подготовке программы. Он — замечательный человек, соблюдающий мусульманин, знает арабский язык. Он алжирец. Владеет несколькими языками, но именно знание арабского языка позволяет читать Коран в оригинале.

— Поддерживает ли он вас в вашем смелом начинании – быть ведущей?

— Да, конечно. Я стала ведущей за полгода до замужества, но мы были знакомы друг с другом и раньше. А сейчас ему ничего не остается, как поддерживать. Потому что муж знает, что это благодарная работа – рассказывать людям об исламе. Если ты мусульманин и хоть что-то узнал об исламе, желательно передать это знание дальше. Это всегда только приветствуется.

Страна.Ru

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Комментирование закрыто.

Авторизация
*
*
Войти с помощью: 
Регистрация
*
*
*
Войти с помощью: 

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.


Генерация пароля

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.


Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: