Информационное
агентство России
20°C
23 августа, 07:13

Джаафар аль-Садик: Понимание Корана дает возможность отвечать на все вызовы реальной жизни

art_dev
Джаафар аль-Садик: Понимание Корана дает возможность отвечать на все вызовы реальной жизни
Имам Джаафар в кругу своих сподвижников

Джаафар аль-Садик – выдающийся и необычайно одаренный исламский ученый, имя которого, к сожалению, не столь широко известно, как имя его современника и близкого друга Абу Ханифы. Некоторые ученые считают его основателем пятого – джафаритского – шиитского мазхаба. Необходимо отметить, что имам Джаафар был явным противником каких-либо разделений среди мусульман, и отказывал всем, кто предлагал ему возглавить какую-либо группу или направление. Его величие подчеркивает и то, что такой известный ученый, как Абу Ханифа, брал у него уроки.

«Абу Ханифа! Людям настолько вскружил голову этот Джаафар Ибн Мухаммад, что они чрезмерно высоко оценивают его. Поэтому я поручаю тебе подготовить особенно трудные вопросы и задать их ему в моем присутствии и перед другими улемами». Такое поручение дал имаму Абу Ханифе аль-Мансур, второй халиф династии Аббасидов.

Относясь с большой любовью к Джаафару аль-Садику и уважая его ученость, Абу Ханифа все же не имел иного выхода, кроме как подчиниться требованию халифа. Он приготовил 40 сложных вопросов, и, получив приглашение халифа, отправился во дворец, где встретил не только Джаафара аль-Садика, сидящего около повелителя всех правоверных, но и многих других людей. Взглянув на аль-Садика, он испытал сильнейшее волнение за него. Аль-Мансур велел Абу Ханифе задать свои вопросы аль-Садику. На все вопросы последовали тщательно выверенные и обоснованные ответы. Вполне естественно, что касались эти вопросы всего того, что вызывало наибольшие споры среди ученых. Как сообщает Абу Ханифа, отвечая на каждый вопрос, он говорил: «Вы, т. е. улемы Ирака, считаете так-то и так, но улемы Медины считают по-другому, в то время как наша собственная точка зрения такова… Он мог соглашаться с нами или с улемами Медины или же мог не соглашаться со всеми нами, разъясняя свое собственное мнение. Ни один из 40 вопросов не представил какой-либо трудности для него».

Таким был Джаафар аль-Садик, которого Абу Ханифа описывает как «самого ученейшего улема из всех, кого я видел». Это вполне соответствует определению, данному самим Абу Ханифой: «Самый ученый улем – это тот, кто знает лучше всех различия среди улемов».

Но кто же тот улем, которого знают больше всего по его прозвищу «аль-Садик», означающему «правдивый»? Его полное имя – Джаафар ибн Мухаммад ибн Али Зейн аль-Абидин ибн аль-Хусейн ибн Али ибн Аби Талиб, и родился он в году 80-м или 83-м по исламскому календарю, что соответствует примерно 700 году от рождества Христова. Таким образом, он – прямой потомок Пророка от его дочери Фатимы – жены Али и матери аль-Хусейна. Он ровесник Абу Ханифы — они родились в один год.

Не только происхождение по отцовской линии давало ему исключительно высокое положение, его мать Фарва бинт аль-Касим ибн Мухаммад ибн Аби Бакр также принадлежала к чрезвычайно знатному роду. Таким образом, отец Джаафара был выдающимся улемом, и два деда входили в число наиболее известных улемов своего времени. Действительно, его дед с материнской стороны аль-Кассим ибн Мухаммад (умер в 106 году хиджры) — один из семи самых выдающихся ученых эры табиинов, т. е. наследников сподвижников Пророка.

Может быть, справедливо будет сказать, что Джаафар аль-Садик научился большему у своего деда с материнской стороны – аль Касима ибн Мухаммада, чем у деда с отцовской стороны – Али Зейна аль-Абидина, потому что последний умер, когда Джаафару было лишь 14 лет, а когда скончался аль-Кассим, ему уже исполнилось 28. Но и его отец – Мухаммад аль-Бакир, также являлся улемом, имевшим высокую репутацию.

В то время Медина считалась самым важным центром исламского знания. Это был город, в котором жили сподвижники Пророка и их наследники. Джаафар многому научился от улемов Медины и преуспел в различных аспектах исламских исследований и в других научных областях. Однако наибольшую известность он приобрел из-за своей учености в исламских науках.

Среди близких к нему ровесников обнаруживаются имена Абу Ханифы и Малика – основателей двух из четырех мазхабов фикха. В длинном списке улемов, учившихся у него, находим Суфьяна аль-Саури, Яхъю ибн Саида, Абд аль-Малика ибн Джурайю, Суфьяна ибн Уйайна, Мухаммада ибн Ишака и Шуайба аль-Хаджжаджа. Большинство из них имели высочайшую репутацию как знатоки фикха, хадисов и истории. Не лишним будет заметить, что большое число тех, кто учился у него, были его возраста или даже старше, чем он. Очевидно, уже это само по себе свидетельствует о его значительных достижениях.

Джаафар аль-Садик несколько раз ездил в Ирак по приглашению халифа аль-Мансура. Он встречался со многими иракскими улемами, которые с удовольствием учились у него. Возможно, что ни один из улемов не обладал столь широкими познаниями в самых разных областях, как Джаафар аль-Садик. Помимо того, он приобрел известность и как неустрашимый борец с коррупцией и моральным разложением. Он всегда стремился к победе правды, хотя ему и пришлось жить в период больших потрясений. Некоторые из его афоризмов, касающихся великих исламских моральных ценностей, были записаны учениками. Приводим несколько из них, сообщенных Суфьяном аль-Саури:

1. У лжеца отсутствует честь.
2. Тот, кто склонен к скуке, не способен на подлинную дружбу.
3. Завистливый человек ни в чем не может найти успокоения, а невоспитанный человек никогда не добьется уважения.
4. Для того, чтобы быть подлинно верующим, нужно довериться Богу.
5. Будь доволен тем, что дает тебе Бог, и ты будешь богатым.
6. Быть добрым к своему соседу – быть настоящим мусульманином.
7. Не води дружбы с теми, кто преступает границы, очерченные Богом, потому что они научат тебя своему образу жизни.
8. По всем вопросам советуйся лишь с теми, кто богобоязнен.

Аль-Садик считал, что глубокое понимание Корана дает возможность достойно отвечать на все вызовы реальной жизни. Однажды Суфьян аль-Саури попросил научить его чему-нибудь полезному. Джаафар аль-Садик сказал ему: «Суфьян, если у тебя имеется благословение, и ты желаешь наслаждаться им длительное время, тогда продолжай возносить хвалу Богу и благодарить Его за это. Бог говорит в Своих откровениях: «Если вы будете благодарны, то Я одарю вас еще большим». (14: 7). И если ты ощущаешь нехватку в средствах к существованию, не уставай искать прощения у Бога. Ибо Бог говорит: «Я говорил: «Просите у вашего Господа прощения, ведь Он – Всепрощающий. Он ниспошлет вам с неба обильные дожди, поддержит вас имуществом и детьми, взрастит для вас сады и создаст для вас реки». (71: 10-12). Суфьян, когда гнетет тебя какая-то проблема, скажи: «Нет силы ни у кого, кроме Бога». Эти слова — ключ к исчезновению того, что тебя мучает, и в них – один из даров небес».

Неудивительно, что при широте его познаний все исламские правоведческие школы, теология и суфизм рассматривают его как одного из главных своих лидеров. Даже Муатазила – одна из рационалистских школ теологии считала его своим. Истина же заключается в том, что он не принадлежал ни к ним, ни к каким-либо другим ответвлениям. Он просто выражал послание ислама и объяснял его фундаментальные концепции. Он не был связан ни с каким направлением, кроме того, которому следовали Пророк и его сподвижники.

Необходимо сказать и о том, что многое, приписываемое аль-Садику, следует отвергать как откровенную выдумку и подделку. Так, некоторые источники сообщают, что он обладал знанием, которое недоступно ни одному пророку или посланнику Бога. Другие – ссылаются на некие якобы сделанные им высказывания, находящиеся в явном противоречии с основами исламской веры. Например, ему приписываются заявления о реинкарнации, божественных откровениях имамам, изменении Богом своих планов и т. д. и т. п. Такого рода утверждения – откровенная выдумка. Никто из делающих их не заслуживает ни малейшего уважения со стороны мусульманских ученых. А Джаафар аль-Садик пользовался высочайшим уважением со стороны улемов, в том числе и наиболее выдающихся из них. Поэтому нужно ясно понимать, что многое из приписываемого ему не имеет к нему никакого отношения. Главная причина всякого рода фабрикаций – политическая; в то же время некоторые сочинители сознательно стремились извратить исламскую веру. Хотя он не принимал участия в политической борьбе, различные противоборствующие силы пытались использовать его имя в своих интересах.

Особо, вероятно, стоит остановиться на том, что ему приписывали знание al-ghayb (сокровенного) – того, «что отсутствует, что находится за пределами наших чувств». В действительности же, он никогда не утверждал, что владеет таким знанием, ибо, подобно всем мусульманам, верил, что оно принадлежит лишь одному Богу. Никто из пророков, включая пророка Мухаммада, не утверждал, что знает сокровенное. Как сказано в Коране: «Он – Ведающий сокровенное, и Он не открывает Своего сокровенного никому» (72:26).

В отрицании за Джаафаром аль-Садиком знания сокровенного нет намерения сколько-нибудь уменьшить его значимость. Он действительно один из величайших ученых в исламской истории и учитель многих великих улемов, в том числе Абу Ханифы, Малика и Суфьяна аль-Саури.

Но Джаафар аль-Садик достиг вершин не только в исламских науках. Он проявлял живой интерес и к другим наукам, особенно к химии, физике и астрономии. Одним из первых его учеников по этим предметам был Джабир ибн Хайан, отличавшийся в химии и математике. Им написано множество работ по различным научным дисциплинам, в пятидесяти из них он ссылается на то, чему его научил Джаафар аль-Садик. Но, несмотря на интерес к естественно-научным дисциплинам, аль-Садика все же больше всего интересовало знание, связанное с человеком, его физическим и духовным состоянием, а также с его верой и нравственностью.

Основными свойствами имама Джаафара аль-Садика были искренность, благородство устремлений и полное безразличие ко всем мирским целям. Он всегда искал истину – ясную и простую. Его никогда не привлекали мирские удовольствия или вещи, не одобрявшиеся исламской верой.

Имам Малик описывает его следующим образом: «Во время моих посещений Джаафара Мухаммада я видел его всегда улыбающимся. Но когда упоминалось имя Пророка, он немедленно становился серьезным. Я регулярно посещал его в течение определенного периода, и не было такого, чтобы он не молился, постился или цитировал Коран. Он никогда не цитировал хадис Пророка до того, как совершит омовение. И никогда не вел праздные разговоры. Когда бы я ни приходил к нему, он брал подушку, на которой обычно сидел, и отдавал ее мне».

Другим его качеством была сильная набожность. Он всегда заботился о том, чтобы не делать ничего неодобряемого исламским законом. Он довольствовался очень малым, но, тем не менее, ему нравилось хорошо одеваться. И еще одним его свойством было то, что он не боялся никого, кроме Бога. Он не испытывал страха перед правителями, какими бы жестокими они ни были.

Имам Джаафар аль-Садик обладал как прирожденным умом, так и глубокой проницательностью. Добавив ко всему этому необыкновенную широту знаний можно понять, почему он возвышался над улемами своего времени, включая столь великие личности, как Абу Ханифа, Малик и аль-Таури. Многочисленные сообщения о его диспутах с другими учеными, с вероотступниками и противниками ислама подтверждают, что он обладал исключительно острым умом. Уже говорилось о том, как он ответил на 40 трудных вопросов Абу Ханифы, подтвердив свое превосходство над другими учеными и свою независимую позицию.

Сила его веры проявлялась в настойчивости и терпении, которые он проявлял в неблагоприятных условиях. Имеется немало сообщений о том, что он не переставал благодарить Бога и возносить Ему хвалу в периоды бед и различных несчастий. Это лишь еще одно свидетельство крепости его веры.

В отношениях с другими людьми имам Джаафар аль-Садик проявлял крайнюю щедрость, сдержанность и терпимость. Когда кто-то причинял ему зло, он молил Бога о прощении этого человека. Он призывал близких не жалеть усилий для того, чтобы предотвращать ссоры между людьми. В его понимании милостыня должна обязательно содержать в себе три элемента: оказывать ее, когда необходимо; показывать, что она настолько незначительна, что даже не заслуживает упоминания; держать ее в секрете. Самая лучшая милостыня – это та, о которой знает лишь Бог. Но его щедрость носила не только финансовый характер. Он всячески сдерживал себя и был готов простить тех, кто плохо поступал по отношению к нему.

Ему также была присуща необыкновенная смелость. Это, конечно, нисколько не удивительно, принимая во внимание тот факт, что он являлся потомком Али – храбрейшего из спутников Пророка. Смелость позволяла ему говорить правду в лицо халифам и губернаторам даже тогда, когда они не приветствовали этого. Его личные качества внушали благоговение. Люди, посещавшие его, чувствовали глубочайшее почтение к нему, но он был очень добр и проявлял кротость в обращении с ними. Однако он не колеблясь говорил нелицеприятную правду правителям, которые не задумываясь применяли силу, чтобы заставить умолкнуть любую оппозицию. Но он также давал им честный и искренний совет. Кое-кто старательно пытался сгладить расхождение во взглядах между ним и халифом аль-Мансуром, но Джаафар аль-Садик никогда не воздерживался от выражения своих взглядов и не отказывал ему в искреннем совете. Однажды он сказал халифу: «Будь всегда терпеливым, потому что терпение – краеугольный камень знания. Когда обладаешь полнотой власти, сдерживай себя. Не показывай свою силу лишь для того, чтобы люди знали, какая сила в твоих руках. Ты также должен помнить, что если накажешь кого-то, кто заслуживает наказания, максимум, что будет сказано о тебе — что ты справедлив. Помни, что ситуация, приносящая тебе людскую благодарность, лучше той, которую им приходится переносить».

Аль-Садик был человеком, умеющим видеть далеко вперед, осознававшим, что может влиять на события и ясно понимавшим, чего можно и чего нельзя достичь. Он знал, что произошло с его прапрадедом аль-Хусейном и дядей Зайдом ибн Али, которые были оставлены своими сторонниками, когда нуждались в поддержке. Он всегда советовал своим родственникам – потомкам Али, не добиваться власти. Такой совет он давал вовсе не потому, что лично ему не хватало храбрости, а на основании точной оценки ситуации. Он был убежденным противником вооруженной борьбы за власть, осуждал выступления своих родственников (Зайда ибн Али в Куфе в 739-740 гг., Мухаммада ан-Нафс аз-Закийа в 762 г. в Хиджазе). Более того, после свержения Омейядов он отказался от халифата, предложенного ему как главе Алидов. В этом проявилась не столько его приверженность к нейтралитету, сколько трезвый расчет: реальная власть в то время находилась в руках приверженцев Аббасидов.

Как уже было сказано выше, Джаафар аль-Садик обладал личными качествами, вызывавшими благоговение. Абу Ханифа, говоря о встрече с ним в присутствии халифа, когда задавал свои 40 вопросов, замечает, что чувствовал больше благоговения к аль-Садику, чем к халифу. Как-то Ибн аль-Ауджа, который являлся сторонником извращенного вероубеждения, захотел провести диспут с ним. Когда аль-Садик задал ему первый вопрос, Ибн аль-Ауджа, известный свей способностью находчиво вести дебаты, погрузился в длительное молчание. Аль-Садик подбодрил его и спросил, почему он ничего не отвечает. Ибн аль-Ауджа сказал: «Только из уважения к вам и благоговения перед вами. Я участвовал в спорах с бесчисленными улемами, и никогда не ощущал такого благоговения, которое испытываю перед вами». В то же время аль-Садик был образцом смирения. Мы уже упоминали о том, что он отдал подушку, на которой сидел, Малику, предпочитая, чтобы его ученику было более комфортно, чем ему самому.

Аль-Садик жил во времена больших политических и интеллектуальных волнений. Существовало множество групп и направлений, большинство из которых зарождались как политические, но затем облачались в религиозные одежды. Событием, вызвавшим особую активность такого рода, несомненно, было убийство его прапрадеда аль-Хусейна – внука пророка, в Кербеле. Многие из этих групп призывали к мести за его убийство. Например, Кайсани и Хаттабы заявляли о себе как о сторонниках потомков Пророка, но в то же время они настолько отклонились в своих взглядах, что их было невозможно считать мусульманами. Эти группы пытались связать себя с имамом Джаафаром аль-Садиком и утверждали, что он поддерживает их. Но представления у них были сильно извращенные. Например, Кайсани верили в перевоплощение в теперешнего имама духа его предшественника и утверждали, что Бог, возможно, изменил Свой план в соответствии с произошедшими событиями, а Хаттабы дошли до того, что заявляли: дух Бога воплотился в аль-Садике.

Имам Джаафар аль-Садик решительно выступал против всех подобных взглядов и отвергал тех, кто их высказывал, ясно давая понять, что они не являются мусульманами. Он не хотел иметь с ними ничего общего и недвусмысленно заявлял об этом. Аль-Садик объявил, что был и остается приверженцем истинной веры, и резко осудил всех, кто предпочитал жить в мире собственных выдумок и болезненных фантазий.

В тот же период некоторые отщепенцы пытались подорвать исламскую веру, распространяя идеи и верования, чуждые исламу. Так, кое-кто утверждал, что у человека нет свободного выбора в том, что он делает. Все определено волей Бога. Следовательно, тот, кто совершает все грехи, таков же, как и тот, кто творит только добрые дела, ибо оба выполняют волю Бога и не контролируют свои действия. Другие заявляли, что человек, совершающий какой-то серьезный грех или же незначительное прегрешение, является неверным. Против всех подобных утверждений Джаафар аль-Садик вел активную борьбу, объясняя подлинные исламские верования и выражая их в ясной и доступной народу форме.

Имам часто встречался как с улемами, так и с простыми людьми. Он пользовался всеобщей любовью, и не уставал трудиться, чтобы очистить народную веру от всевозможных отклонений.

Находясь в стороне от политических споров и столкновений, Джаафар аль-Садик сумел снискать любовь как простых людей, так и правителей. Когда он умер в 148 году по хиджре, халиф аль-Мансур рыдал от горя. Историк аль-Якуби упоминает о том, как один из близких помощников халифа Исмаил ибн Али однажды увидел аль-Мансура плачущим. Когда он спросил о причине расстройства, аль-Мансур сказал: «Умер учитель, великий ученый и последний из лучшей семьи. Я говорю о Джаафаре ибн Мухаммаде. Он принадлежал к людям, избранным Богом, и был лидером во всех добрых начинаниях».

Слова аль-Мансура о Джаафаре аль-Садике были правдой. Как выдающийся ученый, он заработал себе уважение всей мусульманской уммы, в особенности ее наиболее известных улемов, таких как Абу Ханифа и Малик. На него продолжали взирать с высочайшим уважением все последующие поколения улемов, начиная с аль-Шафии и Ахмада ибн Ханбала и вплоть до наших дней.

Шиитские улемы приписывают имаму Джаафару аль-Садику создание того, что известно как Усуль аль-Фикх – методологии, используемой улемами для понимания утверждений Корана и хадисов, чтобы выпускать фетвы по различным вопросам. Эта научная отрасль во всем мире приписывается имаму аль-Шафии, написавшему об этом целую книгу под названием Аль-Рисала, которая остается ее главным и первичным источником. Однако шиитские улемы заявляют, что имам Джаафар аль-Садик и его отец имам Мухаммад аль-Бакир были первыми в этой области, т. к. они диктовали данную методологию своим ученикам. Они утверждают, что один из учеников Джаафара аль-Садика – Хишам аль-Хакам составил том о терминологии и значении терминов, в то время как Юнус ибн Абд аль-Рахман составил другой том – о проблеме противоречий между хадисами.

Обе эти области знания являются частью Усуль аль-Фикх, и принимая во внимание все что сказано в этой связи об имаме Джаафаре аль-Садике, можем сказать, что аль-Шафии не изобрел данную научную отрасль из ничего. Предшествовавшие ему улемы могли дискутировать о ней или изучать ее различные области. Великий ученый, каким, несомненно, был Джаафар аль-Садик, определенно мог внести свой вклад и здесь. Но аль-Шафии довел эту отрасль до совершенства, сделал тщательно продуманной и хорошо регулируемой областью знания, и из этого извлекли пользу все мусульманские ученые начиная с его дней и до нашего времени. Можно не сомневаться, что и в будущем они продолжат извлекать из нее пользу.

Неоспоримо, что Джаафар аль-Садик был одним из наиболее знающих улемов своей эпохи. Однако в тот период, когда он жил, лишь немногие ученые записывали то, чему они учили, полагаясь, главным образом, на устное преподавание и запоминание. Мы знаем, что «Фикх» Абу Ханифы был записан его учениками, в основном Мухаммадом ибн аль-Хасаном – младшим из них. Не может быть никакого сомнения в том, что у Джаафара аль-Садика имелась своя независимая методология относительно того, как выпускать фетвы по всем вопросам и проблемам, представленным ему на рассмотрение. Однако д-р Мухаммад Билтакуй, написавший книгу в двух больших томах о методологиях улемов второго столетия, утверждает, что трудно четко обрисовать методологию Джаафара аль-Садика по нескольким причинам. Одна из них – религиозные и политические предрассудки людей, которые вели к преувеличениям и неподтвержденным заявлениям. Другая причина: учение Джаафара аль-Садика появилось в письменной форме лишь через сто с лишним лет после его смерти.

Тем не менее, Билтакуй пытается дать представление о методологии Джаафара аль-Садика, и приходит к следующим выводам:
1. Имам Джаафар аль-Садик отвергал аналогию как основу для создания фетвы. Существует несколько сообщений о диспутах между ним и Абу Ханифой о ценности аналогии, но из них неясно, что кому-то из них удалось убедить другого в правоте своей точки зрения.
2. Джаафар аль-Садик полагался на иджтихад, основанный на Коране и подлинных хадисах. Это означает, что иджтихад формирует существенную часть его школы фикха. Из сделанных им заявлений понятно, что он верил, что ответ на любую жизненную ситуацию следует искать в Коране и Сунне. Из этих же заявлений ясно, что улемы должны определять, что делать в новых ситуациях в свете Корана и Сунны.
3. Джаафар аль-Садик приводит хадисы от других ученых, нежели его предшественники, давая тем самым понять, что они являются приемлемыми для него.
4. Весьма трудно определить взгляд Джаафара аль-Садика на концепцию иджмы (единодушия улемов), являющейся в других школах достаточной основой для вынесения фетв.
5. Также невозможно определить точку зрения Джаафара аль-Садика на фетвы, приписываемые сподвижникам Пророка. Они приемлемы во всех четырех суннитских школах (мазхабах) фикха как источник для постановления фетв. В случае с Джаафаром аль-Садиком, однако, недостаточно свидетельств, чтобы определить его точку зрения.

Джаафар аль-Садык придавал большое значение образованию. Он стремился дать практическое религиозное образование тем, кто принадлежал к его кругу, — либо непосредственно обучая их, либо путем консультаций. Он проявлял большую заботу о правильной мотивации своих учеников и молодого поколения, особенно в отношении исполнения религиозных обязанностей. Ученый видел большую роль образования в том, чтобы оно оберегало его учеников от сектантских противоречий, приводящих к разделению и ненависти в мусульманской общине. Занимаясь преподавательской работой, он старательно внушал своим ученикам, что исламские ценности должны применяться на практике, и что они не должны оставаться лозунгами, лишенными практического применения.

Он уделял большое внимание тому, чтобы образование было хорошо сбалансированным. Так, учеников обучали умению руководствоваться наилучшими моральными ценностями и нормами в реальной жизни. Образование должно было научить учеников уважать других, правильно вести себя в ученых кругах, избегать всего недозволенного и не вмешиваться в то, что их не касается. Они также должны были научиться говорить правду в любых ситуациях и не стесняться осуждать все то, что ей не соответствует. Важно было научиться правильно читать Коран и уметь достойно вести себя в обществе. Сумма всех этих знаний и умений способствовала увеличению благочестия и созданию подлинной гармонии между религиозным чувством индивидуума, его моральными ценностями, поведением и социальной позицией. Это гарантировало ему счастье в этой жизни и соответствующее вознаграждение в жизни последующей.

Всего этого можно достичь, только если выполнены определенные условия:
1. Признание важности образования и преподавания;
2. Соответствующие отношения между учеником и учителем, усиливающие готовность ученика познавать и принимать все то, что говорит учитель;
3. Ученик должен любить своего учителя, заботиться о его интересах и говорить о нем с уважением в его отсутствие. Он не должен давать волю лени;
4. Образование должно базироваться на рациональной основе;
5. Должна быть объективность в научных исследованиях, особенно при проведении экспериментов;
6. Необходимо излагать все предметы в легкой, приемлемой форме, не прибегая к чрезмерному символизму;
7. Ученость должна служить интересам общины;

Аль-Садик был великим ученым и воспитателем, превосходным мыслителем, обладавшим проникновенным пониманием ислама. Необходимо глубоко изучать его наследие, чтобы исключить какое бы то ни было противоречие с его позицией и знаниями.

По книге Адиля Салахи «Основоположники исламского знания», изданной The Islamic Foundation в 2006 г., подготовил Абдалла Амин.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Комментирование закрыто.

Авторизация
*
*
Войти с помощью: 
Регистрация
*
*
*
Войти с помощью: 

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.


Генерация пароля

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.


Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: