Информационное
агентство России
1°C
11 декабря, 20:23

Нереализованный потенциал для борьбы с экстремизмом

art_dev
Нереализованный потенциал для борьбы с экстремизмом
Мухамед Саляхетдинов

Беседа корреспондента IslamNews с Мухамедом Саляхетдиновым, председателем Ассоциации культурно-просветительских общественных объединений «Собрание», куда входят 16 организаций из различных регионов России.

– Мухамед Абдулханович, расскажите, как Вы стали мусульманским общественным деятелем?

– В советский период шла борьба с другими идеологиями, в том числе и религией. Но несмотря на преследования, в СССР действовали неформальные центры исламского образования. Они находились в Средней Азии, на Кавказе, в центральной России. Люди объединялись в неформальные группы, создавали общины, в которых шло изучение основ ислама и арабского языка. В конце 70-х годов я увлекся изучением исламских наук. В то время на территории России не было никаких официальных учебных заведений или курсов, где бы можно было получить знания в этой области. Люди, лишенные возможности совершенствовать свое духовное образование, искали тех, кто хоть как-то мог заполнить этот вакуум, ответить на интересующие их вопросы.

Пока я занимался самообразованием, ко мне начали обращаться знакомые с просьбой научить их чтению Корана, основам арабского языка, совершению намаза и многому другому. Это побудило меня заняться преподавательской деятельностью, в дальнейшем организовать курсы, которые пользовались большой популярностью.

– А где вы брали литературу?

– Мы находили старые книги, изданные в дореволюционный период, и снимали с них копии. Некоторую литературу привозили иностранные студенты из мусульманских стран.

– Таким образом, проступали первые контуры возрождения российской мусульманской уммы?

– Да, это были первые шаги. Постепенно мы знакомились с энтузиастами, которые занимались мусульманским просвещением в других регионах страны. Учитывая, что центров образования в то время было не так много – Узбекская и Таджикская ССР, Дагестан, в меньшей степени центральная Россия – практически все знали друг друга и поддерживали отношения. У нас было налажено сотрудничество, одним из примеров которого была отправка стремящейся к знаниям молодежи из Центральной России в Среднюю Азию, где в период летних каникул она отдыхала и получала знания.

– А почему вы не отправляли молодежь за знаниями в мечеть?

– Потому что в мечетях знаний не давали, хотя среди сотрудников духовных управлений встречались неформальные преподаватели. Более того, некоторые настоятели мечетей предоставляли сотрудникам КГБ списки прихожан мечетей допенсионного возраста. Впоследствии по месту учебы и работы с людьми проводились профилактические беседы, в ходе которых им объясняли, что религия – опиум для народа и средневековое мракобесие, недостойное строителя коммунизма. Иногда доходило до увольнения с работы и отчисления из учебного заведения.

– В эпоху перестройки начался процесс так называемого религиозного ренессанса. Как проходило возрождение ислама в России и почему это привело к религиозным крайностям, экстремизму и конфронтации?

– В конце 80-х появились первые официальные курсы изучения арабского языка и основ ислама. Началось строительство мечетей и издание исламской литературы. Но из-за отсутствия исламской образовательной базы, которая была полностью уничтожена в советский период, у мусульман не осталось авторитетных ученых, каких было много до революции.

В результате демократических преобразований у людей появился выбор, многие устремились к своим истокам и традициям предков. В считанные годы после распада Советского Союза были построены тысячи мечетей, открыты многочисленные мусульманские курсы и учебные заведения. Но везде существовала одна общая проблема – отсутствие квалифицированных кадров. В итоге тысячи молодых людей отправились за рубеж, однако подавляющее большинство не закончило образование, вернувшись с обрывками знаний. Некоторые из них начали собирать вокруг себя группы из молодых людей с ограниченным кругозором и пониманием российских реалий. Со временем таких групп стало много, они распространились по всем регионам бывшего СССР. Зачастую в эти сообщества попадали бывшие представители криминальных структур со своими понятиями, методами организации и управления. Определенное влияние на эти сообщества оказывалось извне в целях манипуляции и давления на Россию. При этом использовался фактор низкого уровня исламских знаний, отсутствия улемов и огромного желания самоидентификации как мусульман и возрождения утраченных ценностей. Все это зачастую приводило к распространению радикальных идей.

– В таком случае, куда смотрели наши религиозные организации?

– Традиционно религиозные организации в России были ограничены сугубо ритуальной областью. Ислам же не сводится исключительно к культу. Хотим мы того или нет, он носит всеобъемлющий характер, охватывая социальную, экономическую, политическую и другие стороны жизни человека. К сожалению, некоторые чиновники, не желая этого признавать, пытаются ограничить ислам стенами мечети. Это приводит к обострению ситуации, к появлению подполья и распространению радикализма. Для решения этой проблемы необходимо иметь не только культовые организации, наподобие духовных управлений, но и общественные, а может быть и политические структуры, как это было в царской России, где в Государственной думе работала мусульманская фракция, которую представляла интеллигенция. Такие структуры могли бы аккумулировать энергию мусульманского сообщества и направлять ее в позитивное русло – на развитие своей страны и оздоровление общества.

– Что изменилось в жизни современных мусульман по сравнению с началом эпохи религиозного ренессанса в России?

– За последние 20 лет произошло серьезное развитие в сознании мусульманской уммы. Российские мусульмане стали стремиться получить хорошее образование, активней участвовать в общественно-политической и информационной жизни страны. Открылись сотни мусульманских учебных заведений, к сожалению, пока не достигших зарубежного уровня образования. В результате мы наблюдаем спад радикализма после пика конца 90-х годов.

Вместе с тем остается много нерешенных проблем. Мусульманская община по-прежнему испытывает дефицит кадров, не хватает квалифицированных образовательных учреждений, значительная часть мусульманской молодежи остается, если так можно выразиться «бесхозной», что создает благоприятную почву для деструктивных сил.

– Как, на Ваш взгляд, можно решить проблему «бесхозной» мусульманской молодежи?

– Помимо мечетей нужно создавать другие площадки с участием экономистов, юристов, журналистов, представителей интеллигенции, которые позволяют реализовать не только сугубо духовные, но и культурные, социальные, экономические и другие потребности гражданина. Если, скажем, студент финансово-экономического факультета решил реализовать себя в области активно развивающейся исламской экономики, он должен обращаться к специалисту. Не в компетенции религиозных организаций заниматься исламской банковской деятельностью, профессиональной журналистикой, политическими исследованиями, выпускать профессиональные газеты и журналы. Это – дело специалистов.

Одной из приоритетных задач государства является привлечение мусульманской молодежи к позитивному участию в общественной жизни своей страны. Для ее решения необходимо активнее использовать потенциал мусульманских общественных организаций. Чем больше будет пророссийски настроенных мусульманских организаций, тем меньше простора останется для идей экстремизма и сепаратизма.

Беседовал Рустам Адиуллин

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Комментирование закрыто.

Авторизация
*
*
Войти с помощью: 
Регистрация
*
*
*
Войти с помощью: 

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.


Генерация пароля

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.


Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: