Информационное
агентство России
8°C
22 сентября, 07:37

"Guardian": ХАМАС и вызовы времени

art_dev
"Guardian": ХАМАС и вызовы времени
ХАМАС утверждает, что находится на верхней точке опоры

Военные стратеги вдруг стали разговаривать языком садовников. Они с беспокойством кричат о необходимости создания новой среды и организации ландшафта. Несостоявшиеся мастера садовых ножниц и тяпки, организующие прибытие тысяч американских пехотинцев в Кандагар, твердят не о грядущей битве, но о «процессе». Остается лишь спросить, кто будет управлять «процессом», а кто будет в нем находиться.

В Израиле можно наблюдать ту же самую тенденцию, которая стала очевидна в операции по выгрузке сотен коммандос на корабли с пропалестинскими активистами в середине ночи. Название, которое получила самая позорная акция в истории израильских спецслужб, говорит само за себя — «Морской бриз».

Вопрос, который возник во время подсчетов убитых и раненых, звучал не так, может ли Израиль формировать среду, а скорее, в состоянии ли он отреагировать на ее требования измениться самому. Правила игры меняются: превосходящие силы уже не гарантируют правильный исход. Турки, а не арабы, подняли вверх дубинки, чтобы бороться за конец оккупации. Палестинцы все больше отворачиваются от кондиционированных офисов в Рамаллахе в поисках духовного лидерства и бросают нервные взгляды на Газу. Вы можете называть правительство ХАМАС, как хотите, но осажденная Газа остается мощным политическим символом.

В отсутствие свободных выборов невозможно выявить реальный расклад сил. Единственное, что можно утверждать с уверенностью, — что вне Западного берега ветер дует в одном направлении – подальше от ФАТХ. Одной из самых влиятельных фигур от палестинцев на злополучном конвое был человек по имени шейх Раид Салах. Это основатель Исламского движения в Израиле, борец за Восточный Иерусалим и бывший мэр своего родного города Умм аль-Фахм, где его поддерживают 70% избирателей.

В настоящее время он находится под домашним арестом на оккупированных с 1948 г. территориях. Но если бы он был убит во время операции (а шейх утверждает, что израильские коммандос пытались убить его) – флаги ХАМАС, а не ФАТХ были бы подняты в Умм аль-Фахм. Палестинская администрация является одним из главных спонсоров блокады Газы и продолжает платить десяткам тысяч своих бывших сотрудников за то, чтобы они не работали на правительство в Секторе.

У ФАТХ существуют проблемы и в лагерях беженцев в Бейруте и южном Ливане. Аббас недавно был вынужден отозвать в Рамаллах командира ФАТХ после 15 лет службы. Существует несколько версий, почему бригадир Султан Абу аль-Айнайн должен был уйти после столкновений, которые имели место в самом крупном лагере – Эйн аль-Хильва, между ФАТХ и экстремистской саляфитской группировкой. Как бы вы не толковали этот факт, но потеря человека, который доминировал в лагере столь долго, — это серьезный удар.

В израильских тюрьмах, в лагерях беженцев у ФАТХ уже нет того влияния, которое он когда-то имел. Так что если говорить о том, как будут определены границы палестинского государства между Аббасом и Натаньяху, возникает вопрос, а чего это будет стоить, особенно, если соглашение не учтет два других ключевых требования — Восточный Иерусалим и право палестинских беженцев на возвращение. Высшие лидеры ХАМАС в Бейруте и Дамаске понимают, что т.н. «переговоры на сближение» под эгидой США никуда не приведут. Они говорят, что разрыв между максимумом того, что может предложить Натаньяху, и минимумом, который может принять даже такой слабый палестинский переговорщик, как Аббас, слишком широк, чтоб его преодолеть. Для ХАМАС то, что случилось с ФАТХ за 17 лет бесплодных переговоров, — это урок, который он должен усвоить. Политика поиска самого слабого палестинского лидера, чтобы вести переговоры с Израилем, обречена на провал. Сильное руководство – вот что должны палестинцы создать коллективными усилиями, только оно станет способно на новое начало.

Готов ли ХАМАС встать во главе палестинского движения – другой вопрос. В то время как ФАТХ катится в пропасть, ХАМАС пока утверждает, что находится на верхней точке опоры. Существует беспокойство о том, сможет ли остаться Исламское движение единым, переходя от стратегии Сопротивления к стратегии Сопротивления и переговоров. Существуют опасности при постановке ясной политической цели. В действительности, ХАМАС ее уже поставил – государство в границах 1967 г., Восточный Иерусалим как столица и право палестинских беженцев на возвращение. Все это предусматривается в рамках «худна», т.е. продолжительного перемирия, но не признания государства Израиль.

Но если бы вы спросили Джерри Адамса или Мартина МакГиннеса в 1985 г., что они должны быть готовы к переговорам с юнионистами, они бы посмотрели на вас как на безумцев. Однако это случилось, хотя долгосрочная идея единой Ирландии и не была похоронена. И если учесть их пример, ХАМАС должен лишь вступить на тот путь, который Шинн Фейн вынуждена была пройти, чтобы достигнуть мира.

Дэвид Херст
"Guardian"

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Комментирование закрыто.

Авторизация
*
*
Войти с помощью: 
Регистрация
*
*
*
Войти с помощью: 

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.


Генерация пароля

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.


Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: