Информационное
агентство России
14°C
25 сентября, 14:47

«За пределы правого поля мы не выйдем…»

muh
«За пределы правого поля мы не выйдем…»
М. Кабири

На всём постсоветском пространстве Партия исламского возрождения Таджикистана(ПИВТ) была единственной легально действующей исламской политической партией, представленной в парламенте страны. В ее рядах более 40 тысяч членов. Мухиддин Кабири возглавил партию в 2006 году после смерти основателя ПИВТ Саида Абдулло Нури. Во время гражданской войны в Таджикистане 1992-1997 годов ПИВТ входила в состав Объединенной таджикской оппозиции, противостоявшей Народному фронту. В 1997 году Нури и президент Таджикистана Эмомали Рахмон подписали Общее соглашение о мире в Таджикистане. Минюст страны зарегистрировал ПИВТ как гаранта мирного межтаджикского соглашения. На парламентских выборах, прошедших в марте 2015 года, представители партии не смогли пройти 5-процентный барьер. Партийный лидер Мухиддин Кабири, считая итоги выборов результатом фальсификации, покинул страну. Два месяца назад деятельность Партии исламского возрождения была официально запрещена, большинство членов Политсовета и многие партийные активисты арестованы, а рядовых партийцев под самыми разными предлогами насильно заставляют покидать партийные ряды. Ситуация в Таджикистане становится взрывоопасной. Своими размышлениями на эту тему делится руководитель ПИВТ Мухиддин Кабири


Вопрос:
29 сентября Верховный суд Таджикистана объявил Партию исламского возрождения Таджикистана террористической и запретил ее деятельность на территории страны. Этим решением также были запрещены выпуск партийного еженедельника «Наджот» и вебсайт партии в Интернете. Популярная политическая партия попала под тяжелый каток государственных репрессий. Как Вы оцениваете сложившуюся внутриполитическую ситуацию в Таджикистане?

М.К.- Ситуация в стране еще до этих событий была сложной. После парламентских выборов 2010 года, которые официальный Душанбе проиграл вчистую, было решено их фальсифицировать. Вместо того чтобы учесть мнение общественности и сотрудничать с оппозиционными партиями, власть переходит к политике «завинчивания гаек», ныне ставшей открыто репрессивной. Соглашение о мирном сосуществовании Правительства и оппозиции было положено «под сукно» и слабые демократические процессы в стране были остановлены под предлогом борьбы с терроризмом. Главной её мишенью была выбрана наша партия по двум причинам. Во- первых, она из всех оппозиционных политических организаций самая многочисленная, а во-вторых, её название ясно говорит о её первостепенных идейных ориентирах. Никто во власти даже слышать не хотел о той глубокой пропасти, которая разделяет традиционный ислам от его радикально-экстремистских течений.

Партийных активистов, среди которых немало достойных многодетных женщин, росчерком пера признали «врагами народа» и начали информационное наступление, в котором приняли участие подконтрольные государству СМИ, преподаватели учебных заведений и имамы мечетей. Наши офисы на местах под различными надуманными предлогами были закрыты, а в некоторых городах даже разрушены. Целенаправленная и методичная работа по маргинализации партии и дискриминации его активистов проводилась в полном соответствии с положениями секретного протокола Совета безопасности РТ под номером 32-20. Тайной для общественности он не стал. Его не раз комментировали таджикские и зарубежные СМИ, в том числе и в России. Когда же добиться самороспуска партии не удалось, в августе текущего года Министерство юстиции страны поставило перед нами ультиматум: в течении 10 дней закрыть партию. Требуемый Минюстом срок заканчивался 5-го сентября, а 4 -го было объявлено о попытке государственного переворота 135 военнослужащих десантно-штурмового батальона под командованием только что уволенного замминистра обороны Абдухалима Назарзода. Возникает вопрос, кому было нужно за день до окончания срока Минюста и за десять дней до саммита ОДКБ в Душанбе этот »мятеж»?

Могу предположить, что был необходим веский аргумент не только для закрытия партии, но и для ареста её руководства. В Душанбе прекрасно понимали, что лишённая организующего ядра, партия так или иначе перестанет быть центром политической силы. Но это очередная ошибка, так как силовое давление на общественно-политические процессы добавит действующей власти к уже существующим новые проблемы.

Вопрос: На прошедших в феврале текущего года выборах Ваши политические оппоненты утверждали, что некоторые из кандидатов Вашей партии были явными или тайными салафитами, сторонниками исламских радикалов?

М.К.- В сегодняшних социально-политических реалиях Таджикистана очень сложно доказать, что ты не верблюд. Любого мусульманина, политические взгляды которого связаны с Кораном, легко можно обвинить в радикализме. Причем эти обвинения иногда доходят до абсурда. Нас обвиняют то в салафизме, то в шиизме. Как можно одновременно обвинят нас в «проповеди» этих двух принципиально несовместимых идеологий? Для России и Ирана нас представляют убеждёнными сторонниками салафизма, перед арабскими странами или Западом мы оказываемся проводниками интересов иранских шиитов. Между тем, мы, члены партии Исламского возрождения Таджикистана, ни одного верующего не считаем неверным или еретиком. Все мы братья-мусульмане. Именно этот толерантный факт нашего религиозного и политического мировоззрения даёт возможность нашим оппонентам обвинять нас во всех смертных грехах.

Вопрос: Пять лет назад в СМИ широко обсуждалась так называемая операция «Муканна», тоже, в конечном итоге, направленная против Вашей партии. На Ваш взгляд, можно ли сегодня рассматривать действия таджикских властей как часть некоего плана, своего рода превентивный удар, который должен выбить из седла сильного политического противника?

М.К.- Исходя из действий властей в последние годы можно предположить о том, что желание избавиться от нашей партии существовала всегда. Власти ждали подходящего момента. Он наступил, когда на первое место выступили проблемы, связанные с Украиной, Сирией и запрещённым в России «Исламским государством», стремительно набирающим силу под флагом религиозного радикализма. Правящая в Таджикистане народно-демократическая пария потерпела полное социально-политическое фиаско в глазах всего народа. Её руководители прекрасно понимали, что даже минимально прозрачные выборы, могут принести победу любому их конкуренту. Поэтому они их убирают с политической сцены. К примеру, стоило только задуматься бывшему министру, известному в стране политику и бизнесмену Зайду Саидову о создании своей партии, как сразу же получил многолетний тюремный срок. Так что борьба с терроризмом или так называемые »превентивные удары» по радикализму являются не более чем мифом. Такую же риторику используют и радикалы, когда, пытаясь обосновать свою политическую практику, говорят о своих действиях как о »борьбе за справедливость».

Вопрос: Управление информации МИД РТ утверждает, что, цитирую, «фактами установлено, что целью ПИВТ было свержение конституционного строя, нарушение суверенитета, территориальной целостности и государственной безопасности Республики Таджикистан. Что Вы можете сказать по этому поводу?

М.К.- Любое обвинение должно быть юридически обоснованно. В условиях Центральной Азии данную дежурную формулировку можно использовать против любого политика или партии, включая партию власти. Экс-президент Кыргызстана Курманбек Бакиев её использовал против своей оппозиции. Через некоторое время пришедшие к власти оппозиционеры его самого стали обвинять в покушении на государственную безопасность. Так что ничего удивительного в действиях таджикских властей нет. Могу сказать, что как бы они не старались, им не удалось убедить ни народ Таджикистана,ни мировое сообщество в том, что наша партия является радикальной и экстремистской.

Вопрос: Почему Вы не считаете Партию исламского возрождения Таджикистана оппозиционной?

М.К.-Мы всегда считали себя конструктивной системной общественной организацией и старались не нарушать политический, экономический и культурный баланс, сложившийся в стране. Понимали, что властвующие круги в силу своей политической культуры и уровня образовании очень остро реагируют на любую критику. Когда она идёт от реальных оппонентов это расценивается как прямое покушение на власть, а это повод для давления в самых равных его формах. Вот почему мы избегали острых конфронтаций, хотя поводов для этого было более чем достаточно. Тем не менее, мы стремились избегать любых провокационных ситуаций, чтобы не давать повода для репрессий. Несмотря на это, избежать их не удалось. Наша терпимость к социально-политическому поведению руководителей правящей народно-демократической партии делает её похожей на маньяка, свирепость которого от вида несопротивляющейся жертвы, только возрастает. Поэтому партия с учетом новых вызовов и реалий пересмотрит тактику своей будущей партийной работы.

Вопрос: Запретить популярную партию насчитывающую более 40 тысяч человек, дело опасное. Не трудно себе представить, что может случиться, если её члены перейдут на нелегальное положение?

М.К- В этом и заключается ошибка властей. Выводя тысячи людей за пределами правового поля, они загоняют многих из них в подполье. Мы стараемся, чтобы наша деятельность была открытой, мы против каких-либо заговоров, конспиративных собраний и не хотим, чтобы наши партийные активисты уходили к радикалам. Однако после закрытия ПИВТ многие молодые люди, разочаровавшись в действующих политиках, уходят к салафитам, уезжают в Сирию. Они покидают страну, из за страха быть репрессированными. Ни все могут попасть в Европу, а в России и других странах СНГ никто не застрахован от преследования и экстрадиции на родину. Поступает сообщения, что люди за возможность покинуть страну отдают последние деньги. Силовые структуры путем шантажа людей и фабрикации дел, связанных с террористическими угрозами, зарабатывают огромные деньги. Создание подпольных ячеек не входит в наши планы. Если у нас нет возможности защищать свои права и бороться за них по нашим, таджикским законам, мы это сделаем в соответствие с международными нормами и законами тех стран, где мы находимся.

Вопрос. Можно ли, на Ваш взгляд, объединить разрозненную оппозицию в единую коалицию с целью противодействия авторитаризму?

М.К. — Не только можно, но и нужно. В одиночку авторитаризм не победить. Необходимо объединение всех несогласных с сегодняшней политикой нынешних руководителей, превращающих Таджикистан в закрытое тоталитарное государство. И это не пустые слова. Достаточно посмотреть на отчеты и рейтинги, опубликованные в последние годы множеством .международных организаций. Они констатируют катастрофическую общественно-политическую ситуацию в стране. Сама по себе она очень сильный аргумент для создания широкой коалиции всех здравомыслящих сил, но она не может стать опорой для эффективной политической работы в долгосрочной перспективе. Мы имеем печальный опыт всевозможных союзов и ассоциаций, объединённых лишь общими лозунгами.

Кроме них, необходимо иметь общие цели, придерживаться единой тактики для их достижения, что должно являться обязательным условием для всех политических сил, вошедшим в коалицию.

Партия исламского возрождения Таджикистана выдвинула идею создания такого общенационального объединения и у неё нашлось много сторонников.

Вопрос: Какие изменения могут произойти в расстановке политических сил в Таджикистане в связи с запретом ПИВТ?

М.К.- Эти изменения уже произошли. В стране уже нет конструктивной системной оппозиции. Гражданское общество, которое начало складываться после подписания Общего соглашения о мире, не успев сформироваться, фактически распадается. Правительству всегда не удобно было иметь настоящую конструктивную оппозицию и независимые СМИ. В Таджикистане все более- менее созидательные идеи и проекты были предложены в основном со стороны гражданского общество и оппозиции, поэтому власть всегда чувствовала себя в каком-то смысле интеллектуально ущербной. И вместо тесного сотрудничества, выгодного для всего таджикского народа, в той или иной форме пыталось и пытается организовать бессмысленное и опасное противостояние с теми, кто их выдвигает.

Нынешний деструктивный таджикский правящий клан настолько боится потерять социально-политический контроль над обществом, что любых представителей альтернативного мировоззрения под надуманными предлогами объявляет «врагами народа» и старается от них избавиться. Правящей таджикской элите гораздо лучше иметь радикально-экстремистскую оппозицию, с которой можно на законном основании бороться силовыми методами. Только таким образом можно чувствовать свое подавляющее превосходство над политическими оппонентами, обвиняя их в воинствующем исламизме. Между тем, по сути дела, сами власть придержащие, создавшие в Таджикистане тоталитарный режим мало чем отличаются от тех, кто хочет создать там режим теократический.

Фактически сегодня Таджикистан отдан на растерзание авторитарным светским радикалам, вслед за которыми могут придти религиозные. Наступление официальных властей на права верующих даёт радикалам всё более весомые аргументы для привлечения в свои ряды новых сторонников.

Вопрос: Несколько международных правовых организаций cделали совместное заявление, в котором требуют от властей Таджикистана незамедлительно освободить защищающего ПИВТ адвоката Бузургмехра Ёрова. По словам Президента Ассоциации по правам человека в Центральной Азии Надежды Атаевой, факт задержания одного из известных адвокатов в очередной раз свидетельствует о политических гонениях в республике. По словам представителя ООН Равины Шамдасани таджикские власти необоснованно обвинили Партию исламского возрождения в противоправной деятельности, призвала официальный Душанбе соблюдать нормы международного права и предоставить обвиняемым условия содержания, соответствующие его стандартам. Как реагируют в Таджикистане на критические замечания ООН?

М.К- Власть уже давно не реагирует на критику международных организаций. Их уже не интересует имидж страны и нации. Таджикистан превратилась в типично авторитарное государство. Задушить внутреннюю критику и игнорировать внешнюю — одно из характерных признаков.

Вопрос: Чем Вы намерены заниматься в вынужденной эмиграции?

М.К.-Партия исламского возрождения Таджикистана не первая и, думаю, далеко не последняя, среди длинного списка всех вытесненных за рубежи своего Отечества правящими элитами разных стран. Многие политики прошли через школу эмиграции, что, кстати говоря, позволило им пересмотреть собственную тактику политической борьбы, реформировать партийную структуру и перейти на новый этап своего развития. Мы не только получили сильнейший удар, но и сильнейший урок, который, к сожалению, стоил нам очень дорого. Более 200 человек арестовано…. Но мы выстояли и уже начали реорганизацию ПИВТ.
На первом заседании Политсовета с участием членов, оставшихся на свободе, мы включили в его состав молодых партийцев и разработали краткосрочный план по налаживанию работы между представительствами и активистами Партии исламского возрождения Таджикистана по всему миру. Первейшая задача партии состоит в том, чтобы помочь политзаключенным и их семьям пережить выпавшее на их долю злое время гонений, донести до международного сообщества правду о событиях в нашей стране и вернуть таджикскому народу. надежду на лучшее будущее. Бороться за него мы будем мирными методами. За пределы правого поля мы не выйдем. Что касается лично меня, то я занят организационно-партийной работой, часто встречаюсь с дипломатами, экспертами и научными кругами разных стран, а также выступаю с докладами и лекциями в различных университетах.

—Спасибо за беседу

М.К.-И Вам спасибо Всего хорошего

Беседу вёл Михаил Попенко

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Войти с помощью:
Добавить комментарий:

  1. ashir0129.11.2015 20:13

    М. Кабири лучший и образцовый исламский политик на постсоветском пространстве.

Комментирование закрыто.

Авторизация
*
*
Войти с помощью: 
Регистрация
*
*
*
Войти с помощью: 

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.


Генерация пароля

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.


Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: