Информационное
агентство России
16°C
20 сентября, 14:13

МУСУЛЬМАНСКИЙ ШАНС РОССИИ. ХРИСТИАНСТВО И ИСЛАМ: СОХРАНИТСЯ ЛИ ВЕКОВАЯ ТРАДИЦИЯ

art_dev

Чем дальше, тем назойливее: "исламский джихад", "исламский терроризм", "радикальный ислам", "исламисты"… Почти полтора миллиарда верующих ислама, одной из ведущих мировых религий, подобными ярлыками все больше стремятся уравнять с приверженцами некой зловредной секты, которая лишь тщится говорить от его имени. Как же созрел этот феномен, уже ставший фактором глобальной политики, да и всей современной истории? И что это за "секта", паразитирующая на учениях ислама, похоже, с одной только целью — навлечь на него праведный гнев "неверных"?
В ходе беседы с депутатом Госдумы, кандидатом исторических наук Шамилем Загитовичем Султановым преобладал жесткий научный анализ. Но важнее всего показались выводы, к которым собеседник пришел вместе со многими своими — кстати сказать, далекими от ислама — единомышленниками.

— Шамиль Загитович, два года назад вы стали депутатом Госдумы и наверняка можете ответить: сколько в нашем парламенте мусульман?

— Ответить не так просто. Из 450 депутатов мусульманские фамилии носят 37 человек. Но многие из них, конечно, не являются мусульманами в полном смысле этого слова.

— Как понять: они не молятся по пять раз в день?

— Да, пять намазов ежедневно — это для правоверных обязательно. Но ведь есть и другие столпы ислама: настоящий мусульманин должен совершать хадж, как можно часто произносить про себя шахаду, давать закят, то есть помогать бедным, соблюдать ежегодный пост…

— Помощь бедным определяется в исламе двумя понятиями: закят и садака. Какая между ними разница?

— Закят — это система обязательных отчислений из своих доходов, иными словами, это религиозный долг мусульманина. А садака — это личные и добровольные пожертвования из религиозного чувства. Мусульманин обязан исходить из того, что Всевышний, давая ему богатство, деньги, использует его для того, чтобы он же эти деньги перераспределял между нуждающимися. История ислама — это, если хотите, история щедрости, не случайно в мусульманской среде столь авторитетны и популярны люди, которые конкурировали и конкурируют в щедрости друг с другом. Вот пример Кувейта. Приблизительно 10-15 процентов своих доходов Кувейт тратит на помощь мусульманам в других странах, где много бедных людей. Это миллиарды долларов. В самом Кувейте бедных нет. Вернее, бедным там считается человек, у которого нет собственного дома, нет машины и нет прислуги, таким государство обязано помогать. Но это не все. В Кувейте учрежден и так называемый фонд будущих поколений, чего, к сожалению, нет у нас. Там отдают себе отчет в том, что через сорок лет нефть кончится, и рассуждают так: вправе ли мы оставить своих детей, внуков, правнуков посреди этой песчаной пустыни ни с чем? Поэтому принят закон, согласно которому 20-25 процентов доходов от нефти откладываются в фонд будущих поколений.

— Сколько же остается кувейтцам сегодня?

— Дай бог, половина. Но этой половины им вполне хватает. Вы бывали в мусульманских странах?

— Палестина, Ирак.

— Ну, тогда вы не могли не заметить: чем беднее страна, тем резче социальная дифференциация граждан. И, напротив, чем страна богаче, тем больше ее правящий класс заботится о гомогенности общества, о выравнивании имущественного состояния своих граждан. Давайте оглянемся на себя. Наши северокавказские республики называют себя мусульманскими, а между тем уровень социальной дифференциации в этих республиках в несколько раз выше, чем в среднем по России. Разве это соответствует законам ислама? Есть немало стран, вроде Нигерии, которые провозгласили ислам своей официальной религией, однако там продолжают господствовать трайбалистские, иерархические структуры, несовместимые с принципами ислама. В этом, кстати, трагедия Чечни, которая продолжается еще с восстания Шамиля в XIX веке: адат, национальные и племенные обычаи, социальные традиции в Чечне до сих пор сильнее, чем исламские принципы. Поэтому закят там до сих пор не прижился, а значит, не соблюдается главный социальный принцип ислама — справедливость.

— По этой логике выходит: тот, кто скупится, кто отворачивается от бедных единоверцев, тот не мусульманин?

— Это мусульманин, нарушающий шариат — закон, который Всевышний дал людям. Тем самым он, в соответствии с другими законами, подлежит наказанию. Вера — это высшая форма жизни. К сожалению, в наше время по-настоящему верующих очень мало. Вот говорят, в России 20 миллионов мусульман… а де-факто, это только мусульманские фамилии, мусульманские корни. По тем критериям, о которых мы говорили, дай бог, чтобы истинно верующих набралось миллион-полтора.

— По статистике 1989 года, мусульман в России насчитывалось чуть больше 11 миллионов. Но очень скоро их численность выросла втрое — если считать "целыми республиками", получается действительно 30 миллионов. А в докладе межфракционного депутатского объединения "Россия — Исламский мир: стратегический диалог", которое образовалось в Думе в прошлом году, опять другая цифра. Можете объяснить, откуда такой разнобой?

— Среди прочих данных, мы основывались и на официальных сведениях Центрального разведывательного управления США. Это ведомство постоянно ведет мониторинг численности мусульманского населения в мире по различным критериям, и на 11 мая 2004 года оно насчитывало в России 26 миллионов мусульман, включая и мигрантов, в том числе нелегальных.

— Поразительно: в ЦРУ нашу демографию знают лучше, чем мы сами?

— С определенного времени это ведомство самым тщательным образом отслеживает процессы в мусульманском мире: там считают, что это важно для безопасности США. Уже в 70-80-е годы они предполагали, что где-то на грани ХХ-ХХI веков в Советском Союзе может настолько усилиться исламский компонент, что в результате может измениться и вектор его внешней политики. Запад беспокоила возможность создания стратегического альянса между Советским Союзом с его ядерным потенциалом и странами исламского мира, где сосредоточено свыше 80 процентов мировых запасов нефти. Некоторые конспирологи утверждают, что главной задачей "холодной войны", которая привела к развалу Советского Союза, было не допустить образования такого альянса.

— Из кого состоит межфракционное депутатское объединение? Это объединение конфессиональное?

— Нет. В МДО 45 депутатов, из них мусульман — только шесть человек. Нас объединило сознание важности мусульманского фактора для России. Единомышленники нашлись во всех политических структурах: в президиум входят двенадцать человек от всех пяти думских фракций.

— Попытки создать подобные парламентские объединения уже случались в нашей истории?

— Нет. Это впервые. Если коснуться истории вопроса, то в последний раз в нашей стране целенаправленная восточная политика была заявлена в 1920 году в контексте реализации ленинской концепции "Лицом на Восток". Помните: Афганистан, отношения с Ираном, с Ататюрком и т. д.? Советское руководство всегда уделяло много внимания Востоку. Сегодня политика стратегического взаимодействия в равной степени необходима и России, и исламскому миру. И хотя такого субъекта международного права на глобальной сцене пока еще нет, все идет к тому, что он скоро появится. Российская мусульманская община не может оставаться в стороне от этого процесса.

— Сегодня в моде евразийская идея. Вы идете в ее русле?

— Понятие евразийства сегодня настолько разбухло, столько спекулянтов подвизаются в этом течении, что мы остерегаемся олицетворять себя с ним. Нас побудила действовать очевидная реальность, которая заключается в следующем. Заканчивается очень важный исторический период. Полезные ископаемые, на которых выросла современная цивилизация, подходят к концу. Нефти и газа осталось на тридцать-сорок лет. В своих прогнозах мы не оригинальны: еще в начале 70-х годов о скором истощении природных ресурсов предупреждали Римский клуб, авторы многих прогремевших тогда докладов. Но потом эти предупреждения вдруг прекратились и… забылись. И вот пришло время вспомнить о них потому, что глобальный системный кризис уже явно начался. Об этом говорят скачки цен на нефть, на газ и другие природные ресурсы. Правда, тогда предрекали, что кризис начнется где-то в 1995-1998 гг., а реально он начал ощущаться с 2002-2003 гг. Такое "опоздание" было связано с тем, что огромные запасы стратегического сырья, которые хранились в Советском Союзе, после его развала были вброшены на мировой рынок. За счет этого удалось немного притормозить. Но в целом это не меняет картины: своей, российской нефти у нас остается реально на 12-15 лет.

— Цифры не секретные, можете их назвать?

— Запасы российской нефти оцениваются в 8 миллиардов тонн, в том числе извлекаемые запасы — в 6,7 миллиарда. Наши нынешние технологии не позволяют добыть всю разведанную нефть, очень велики потери. Не говоря уже о хищнических способах нефтедобычи. Наука обещала нам альтернативные источники энергии на основе термоядерного синтеза к 2000 году, на основе водорода к 2010 году, но все это оказалось иллюзией, и теперь прогноз отнесен на середину столетия. Что касается возобновляемых источников энергии — солнца, ветра, воды и т. д., то это вообще детский лепет. Говорят, что единственная альтернатива нефти — атомная энергия. Во многих странах спешно принимаются программы по активному развитию атомной энергетики. Но ведь запасы урана на Земле тоже не беспредельны. Не исключено, что через несколько лет России придется импортировать природный уран для своих атомных энергостанций. А Япония, которая на 93 процента зависит от импорта нефти и газа, решила принять новую конституцию, которая позволит ей создать сильную армию, причем по этому вопросу в стране полное единство взглядов. Нужны комментарии? Тот, кто будет контролировать убывающие запасы энергии, тот и выиграет время, чтобы адаптироваться к новым условиям.

— Несколько лет назад обнаружилось, что самое экстремистское течение в исламе — ваххабизм. Как это могло случиться, учитывая, что родилось оно два века назад и все это время оставалось замкнуто в рамках Саудовской Аравии?

— Два с половиной века назад. Главный труд Мухаммеда ибн Абд аль-Ваххаба, основателя этого течения, называется "Чистое единобожие". Смысл его учения в том, что любой верующий, если он не будет прилагать максимум усилий для поддержания своей внутренней веры, так или иначе будет скатываться к язычеству. Вы верите в Бога, но молитесь не ему, а скажем, на медицину, на своих детей, на некие законы природы…на свои коллекции, на свои деньги… вот оно, подспудное язычество! Против него и ополчился ваххабизм. Что тут экстремистского? Да ничего. И тем не менее через два с лишним века запущена версия о "ваххабитах-террористах".

— Допустим, миф об "агрессивном ваххабизме", как и искаженную терминологию, можно оспорить, но от этого само явление не исчезнет. Как же его правильно называть? Несколько лет назад в Москве прошла международная конференция "Исламская угроза или угроза исламу?", и там, помню, бурно обсуждался термин "ихванство".

— Да нет, это другое. Аль-Ихван аль-Ислами — "Братья-мусульмане", одна из самых мощных в исламе фундаменталистских школ. Сопротивляется интервенции западных ценностей и стандартов жизни, защищает традиционные для ислама модели поведения. В ряде мусульманских государств нет ни террористической, ни даже экстремистской деятельности именно потому, что власть и общество там негласно опираются на "Братьев-мусульман". Поэтому "ихванством" можно лишь запутать мозги, свои и чужие. А радикалы в исламе, конечно, есть, ими-то и манипулирует "третья сила" в своих политических интересах.

Ну, вот мы и дошли до самой тревожной проблемы: так кто же эти радикалы? Есть у них свое имя, свое лицо?

— Крайний фланг исламского спектра составляет так называемый салафият аль-джихад. Это они, салафиты, считают, что борьба с неверными должна вестись с применением силы и безо всяких компромиссов. Сколько их? Точно никто не знает, но вряд ли больше 10-15 тысяч человек. Да, очень многие салафиты — выходцы из "Братьев-мусульман", но борьба между ними ведется, может, еще более ожесточенная, чем между салафитами и умеренными мусульманами. Считать салафият аль-джихад каким-то самостоятельным, автохтонным направлением в исламе нет ни идеологических, ни концептуальных оснований. Кстати, Ваххаб — одно из 99 священных имен Аллаха, значит, любой правоверный мусульманин вправе назвать себя последователем Ваххаба, т. е. ваххабитом. И только салафиты не имеют на это никакого морального права, но их-то и сделали "ваххабитами"! Так чудовищно исказить это понятие можно было только преднамеренно, чтобы бросить тень на всех мусульман. И если это удалось, то потому, что так называемые исламские радикалы сами крайне невежественные люди, далекие от ислама.

Александр САБОВ
"Российская газета"

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Комментирование закрыто.

Авторизация
*
*
Войти с помощью: 
Регистрация
*
*
*
Войти с помощью: 

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.


Генерация пароля

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.


Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: