Информационное
агентство России
-1°C
22 ноября, 17:31

Что стоит за проблемами российских мусульман?

art_dev

Будущее ислама в России связано в первую очередь с прекращением противостояния религиозных лидеров мусульман

Суть любого явления можно понять, лишь разобравшись в его предпосылках. Не является исключением и продолжающийся на протяжении последних лет конфликт религиозных лидеров российских мусульман. Затянувшееся противостояние муфтиев доставляет немало серьезных проблем приверженцам ислама в России. Что же это за явление, какова его логика и движущие силы?

СОЗДАНИЕ ОБРАЗА ВРАГА
Российская государственность — явление уникальное. И одной из ее особенностей является то, что на протяжении всей истории России при любом государственном и общественном строе власть предержащие чувствовали себя, мягко говоря, неуютно без наличия так называемого образа врага. Ввиду вечных экономических проблем, а как следствие и социальной нестабильности, этот образ был жизненно необходим верхам. Ведь искать и видеть причину всех бед не в собственных поступках, а в происках Врага: врага народа, врага России, врага демократии, является очень удобным, выгодным, а главное наиболее безопасным способом ухода от ответственности. С этой целью на протяжении веков средствами государственной пропаганды в сознании людей культивируется образ врага, посягающего на материальные, духовные и другие общественные ценности. Поэтому не случайно и по сей день борьба русского народа направлена главным образом не «за» кого-то, а «против» — по принципу «Против кого дружим?», примером чему могут служить хотя бы президентские или губернаторские выборы.
Виновниками всех бед в зависимости от внутренней и внешней политической ситуации объявлялись масоны, империалисты, коммунисты и другие «темные силы». Но на кого теперь «переводить стрелки», кого обвинять в том, что жизнь никак не улучшается, что народ по-прежнему честно бедствует, а кто-то бесчестно богатеет? Сегодня эффективнее всего срабатывает тактика нагнетания массового психоза вокруг «ваххабизма», «фундаментализма» и других «вокругисламских измов». Однако в данном случае опасность ситуации заключается в том, что сейчас идут поиски «врагов народа» среди мусульманского населения страны, численность которого по разным оценкам достигает от 15 до 20 млн. человек. Если удастся навязать российским мусульманам чувство того, что родное государство против своих же граждан, то как раз это может спровоцировать резкую вспышку политического экстремизма. А такие прецеденты встречаются довольно часто.
В современной России существует довольно большое количество людей, желающих сохранить свои политические и экономические позиции, создав «образ врага мусульманина», противопоставив тем самым Россию мусульманскому миру. К тому же некоторые мусульманские лидеры, в угоду своим личным интересам, сами склонны подыгрывать недобросовестным политикам. Бросая направо и налево безответственные обвинения в экстремизме, они дают основание судить о своей деятельности, как об антигосударственной. Их заявления провоцируют обособление обвиняемой в экстремизме большей части российского мусульманства и ведут к ослаблению конституционного строя в стране.

СУЩЕСТВУЕТ ЛИ РАСКОЛ В РОССИЙСКОЙ УММЕ?
Для того чтобы понять существует ли раскол в российском исламе и какова его суть, необходимо обратиться к истории. Как известно, с XVIII в. в России существовала строго централизованная структура управления мусульманством во главе с муфтием, который «управлял» духовной жизнью последователей ислама (см. «Единение под крышей государства», НГ-Религии, 25 апреля 2001 г.). По своей сути эта система противоречила духу и канонам ислама, так как известно, что в исламе нет разделения на духовную или мирскую жизнь. К тому же по большей части муфтият не являлся представительным органом мусульман в государстве, а выполнял лишь чисто административные функции. Сам муфтий фактически являлся чиновником, определяемым сверху и получавшим государственное жалование и всевозможные привилегии за «справную службу», в связи с чем этот пост стал лакомым куском для всякого рода амбициозных карьеристов. Ведь для того, чтобы стать муфтием, зачастую не требовалось ни глубоких знаний, ни народного уважения, нужно было лишь с полуслова понимать, чего хочет от тебя власть и неукоснительно выполнять ее пожелания, несмотря на то, какие последствия это могло иметь для мусульманской общины. Было бы несправедливым упрекать всех муфтиев в желании выслужиться, принеся при этом в жертву не только свою совесть, но и интересы мусульман, среди них было немало честных и порядочных людей, однако сама система духовных управлений давала повод к злоупотреблениям и беззаконию.
С переходом к цивилизованной демократической форме правления, произошли изменения во всех государственных институтах, в том числе и в системе духовных управлений. В качестве альтернативы назначаемому муфтию появились выборные лидеры, которые не хотели подчиняться его единоличной власти. Тогда «глава всех мусульман» (в то время — Талгат Таджутдин), не желая расставаться с прежним величием, объявил себя Верховным муфтием и стал искать поддержки у тех, кому он исправно служил на протяжении долгих лет. Однако выступать против своих же единоверцев было как-то не к лицу, поэтому понадобился образ врага, который можно было успешно применить против неподконтрольных структур — независимых муфтиятов. Здесь-то и совпали интересы главного муфтия и тех, кто хочет навязать большей части мусульман чувство, того, что они являются чужаками в собственном государстве и вызвать у них экстремистские настроения, а может быть и списать на их происки все экономические невзгоды россиян.
Закипела работа. На роль врага быстро нашли аморфное понятие «ваххабизм», неизвестное доселе российскому обывателю, и под которое без особого труда можно было подвести любого мусульманина. «Ваххабизм» был объявлен Верховным муфтием ересью. Отныне все мусульмане, старающиеся хоть как-то соблюдать предписания веры и не слышавшие ничего раньше о «ваххабизме», стали еретиками, а на их приспешников — непокорных муфтиев посыпались обвинения во всех тяжких. Главными объектами для атаки стали наиболее независимые руководители духовных управлений — глава ДУМЕР Р. Гайнутдин, муфтий Татарстана Г. Исхаков и глава ДУМ АЧР Н. Аширов. В свою очередь последним пришлось оправдываться, дескать, они тоже не любят «ваххабитов», т.е. тех, на кого СМИ подобно аркану периодически набрасывали это клеймо. Таким образом, было положено начало тому, что сегодня пресса выдает за раскол в российском исламе, хотя таковым его назвать было никак нельзя. Если среди мусульман в целом и существуют некоторые расхождения по богословским вопросам между сторонниками Мухаммада ибн Абдуль-Ваххаба, и его противниками, то среди муфтиев теологические вопросы затрагивались редко и служили лишь ширмой в их борьбе. Следовательно, то, о чем говорится как о «расколе в российском исламе», есть ни что иное, как раскол среди муфтиев по вопросу о власти, а не по богословским вопросам. Соответственно тех, кто по тем или иным причинам не был сегодня причислен к ваххабитам, стали называть сторонником «традиционного для России ислама».

И ОДИН В ПОЛЕ ВОИН
На прошедшей в конце июня церемонии открытия третьей мечети в Нижнем Новгороде присутствовало много известных людей. Перед собравшимися выступили полпред президента в Приволжском округе Сергей Кириенко, председатель Духовного управления мусульман азиатской части России Нафигулла Аширов, имам Поволжья Мукаддас Бибарсов и другие известные религиозные и политические лидеры. Но с каким-то внутренним напряжением все присутствующие мусульмане ожидали слова председателя ЦДУМ (Центрального духовного управления мусульман) Талгата Таджутдина. У всех еще в памяти были его «фетвы» о необходимости совершения хаджа к «святым камням» на развалинах столицы Волжской Булгарии, о необходимости празднования мусульманами Рождества Христова или о водружении крестов и звезд Давида в мечетях. Предчувствия не обманули собравшихся: на этот раз Верховный муфтий на вопрос по поводу своего участия в новом политическом движении «Евразия» вместе с Авигдором Эскиным (еврейским экстремистом, осквернившим мусульманскую святыню аль-Акса, забросав ее свиными головами) ответил: «Свинья — это не страшно, наши татары в мусульманских аулах уже сейчас держат свиней, продают их и даже едят на маджлисах…» (газета Современная мысль, №7, июль).
Талгат Таджутдин, занимающий пост главы ЦДУМ с 1980 г., видит возможную консолидацию российских мусульман исключительно под его «крышей». Благодаря обвинениям своих оппонентов в экстремизме и ваххабизме, он дал повод многим средствам массовой информации, недобросовестным политикам и даже своим противникам муфтиям раздуть антиваххабитскую, а по сути антиисламскую истерию. Ведь по определению «ваххабиты» — это те, кто проповедует возврат к изначальной чистоте ислама и отвергает нововведения, подобные «святым камням» или «празднованию Рождества». Неудивительно, что даже те мусульмане, которые никогда не считали себя ваххабитами, при виде такого новаторства поспешат немедленно записаться в их ряды, лишь бы держаться подальше от подобной ереси. Предпочли не сотрудничать с Таджутдином и мировые исламские центры, после того как он был обвинен в нецелевом использовании кредита в 1,5 млн. долларов от благотворительных фондов Саудовской Аравии (НГ-Религии, 27.06.01). Надо заметить, что Талгат-хазрат не слишком принципиален в выборе спонсоров, ведь наиболее распространенным в Саудовской Аравии является именно ханбалитский мазхаб классического ислама, развитием принципов которого и является учение Мухаммада ибн Абдуль Ваххаба. Если уж до конца следовать его логике, то его самого запросто можно было бы обвинить в экстремизме. Однако этого не случилось, возможно, по причине того, что Таджутдин не израсходовал эти средства на благо ислама, а попросту их присвоил. Поражает воображение то, что после этого его назначили одним из членов Попечительского совета Общероссийского Национального военного фонда!
Как говорится, власть — сладкое бремя. Оставшись фактически в международной изоляции и быстро теряя своих сторонников в России, Талгат Таджутдин без излишней застенчивости не перестает предлагать себя в качестве Верховного муфтия, обвинять своих оппонентов в экстремизме и призывает власть поддержать его в этом. Однако последняя не спешит с выбором, ведь ей должно быть понятно, что для установления стабильности в обществе совсем необязательно официально поддерживать сторонников «традиционного ислама» со звездами Давида и крестами на мечетях, даже если они и выполняют любые ее пожелания. Очевидно другое — для этого необходимо находить новые формы отношений государства и религии, которые в равной степени учитывали бы чаяния представителей всех конфессий. Только так можно достичь гражданского мира и спокойствия в стране.

КТО СТРАДАЕТ ОТ ПРОТИВОСТОЯНИЯ МУФТИЕВ?
Пока между муфтиятами идут разборки, мусульмане пожинают их несладкие плоды. Процесс перетягивания одеяла между «мусульманскими лидерами» сопровождается обвинением всех, кто, по мнению тянущих, подпадает под юрисдикцию конкурирующих духовных управлений. При этом на вооружение берутся любые средства, в том числе и подкидываемые извне аморфные понятия: «экстремисты», «традиционалисты», «ваххабиты», «радикалы» и т. д. А то, с какой интенсивностью эти термины муссируются затем в СМИ, дает основание утверждать, что такая ситуация крайне выгодна тем, кто желает противопоставления мусульман остальному обществу и нанесения удара по целостности Российской федерации. За примерами далеко ходить не надо, достаточно лишь вспомнить заявления Талгата Таджутдина на одном из государственных телеканалов, что неподконтрольные ему муфтияты готовят смертников для Чечни.
Этим наносится серьезный урон и исламскому образованию в России, которое играет важную роль в деле укрепления гражданского мира. Закрывая медресе и высылая преподавателей по безосновательным обвинениям, деструктивные силы тем самым подталкивают мусульманскую молодежь выезжать на учебу за границу или организовывать нелегальные «самостийные» центры, понимая, что если религиозные деятели и улемы будут получать основные, базисные знания в мусульманских учебных заведениях на территории России, и лишь затем уезжать в страны мусульманского мира для их усовершенствования, то останется гораздо меньше поводов объявлять их чужеродными, антигосударственными элементами и, следовательно, провоцировать у них радикальные настроения.
Перепалки «духовных лидеров» по поводу власти выносят на поверхность всю подноготную кризиса взаимоотношений религии и государства в России, поскольку сложившаяся система чиновничьего управления религиозными конфессиями, заложенная в эпоху царизма, уже не может существовать в демократическом обществе. Поддерживая того или иного муфтия, чиновники не только нарушают принцип отделения религии от государства, но и дискредитируют государство в глазах мусульман, которых обвиняют в радикализме в угоду дешевому политиканству.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Комментирование закрыто.

Авторизация
*
*
Войти с помощью: 
Регистрация
*
*
*
Войти с помощью: 

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.


Генерация пароля

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.


Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: