Информационное
агентство России
-5°C
25 ноября, 12:40

Не весь Запад враждебен исламу

art_dev
Не весь Запад враждебен исламу
Мухаммад Умара

Ислам не рассматривает Запад как единое целое, проводя границу между человеком и политикой, направленной на установление мирового господства. Враждебность Запада по отношению к исламскому миру – явление не новое. Собственно начало этого явления восходит к моменту появления ислама в VII в. Впоследствии оно принимало различные формы и имело различные проявления в зависимости от места, времени и прочих обстоятельств.

Считается, что такое отношение является результатом развития тех идей и принципов, которые культивировались западными философами и мыслителями на протяжении веков. Европейские правители в свою очередь сыграли немалую роль в деле внедрения этих идей (различными способами: военно-политическими, культурными, экономическими и т.д.) в сознание исламской уммы. Проблема идеологической экспансии Запада стала предметом нашей беседы с известным мусульманским мыслителем, доктором Мухаммадом Умарой, посвятившим долгие годы изучению западного мира, развития западной культуры, ее отношения к исламу и мусульманам.

– Д-р Умара, вы являетесь одним из известных специалистов в области изучения Запада. Скажите, является ли Запад единым целым, с точки зрения того, что, согласно известному утверждению, все неверные – это единое сообщество?

– Запад не является единым, сплоченным целым. Отсюда существует разное отношение к нам Запада во всем, что касается ислама. Это в свою очередь требует от нас совершенствования методов преподнесения ислама, соблюдения определенной дозированности в подаче информации, ее направленности и интенсивности для каждого конкретного общества.Тем же, кто, повторяя тезис “воистину все неверные – единое сообщество”, склоняется к поверхностному подходу к глубинным проблемам, упрощению сложных вопросов, мы говорим: “Ислам не ставит весь немусульманский мир в один ряд, на один уровень, но проводит различие между язычниками и людьми Писания. Более того, ислам не ставит в один ряд всех язычников, но различает между теми, кто враждует с мусульманами и теми, кто состоит с ними в договорных отношениях, добросовестно соблюдая договор. Во время пророка ислам призвал к войне лишь против тех арабских племен, которые нарушили договор. Ислам также проводит различие между неверием, знающим истину, но отвергающим ее, и неверием по невежеству. Если же в поисках истины к тебе обратились за помощью, то ты как мусульманин должен разъяснить ее. “А если кто-нибудь из многобожников попросил у тебя помощи, то помоги ему, пока он не услышит слова Аллаха. Потом доставь его в безопасное для него место. Это потому, что они – люди, которые не знают” (Коран, 9:6). Ислам даже провел различие между атеистом, отвергающим Создателя вообще, и многобожником, признающим Творца и его творение, но придающим Ему в сотоварищи посредников, которые якобы приближают к Богу”.

– Как относится ислам к представителям других религий, особенно к иудеям и христианам. Существует ли специфика во взаимоотношениях с ними?

– Исламской религии присуще особое отношение как к иудеям, которых Коран в целом охарактеризовал как наиболее враждебных по отношению к уверовавшим, так и христианам, о которых в Писании говорится, что они больше других благожелательны к верующим. Вместе с тем исламская религия не ставит всех христиан в один ряд. Она проводит различие между теми из них, кто исповедует единобожие, придерживаясь закона Христа: “А когда они слышат то, что низведено посланнику, то ты видишь, как глаза их переполняются слезами от истины, которую они узнали” (Коран, 5:83) и теми, кто помимо Аллаха поклоняются Христу, его матери, священникам и монахам. Этих людей Коран описывает как кафиров (неверных). Мы также видим, что Коран проявляет верх справедливости, говоря: “Не одинаковы они, – среди обладателей Писания есть община стойкая: они читают знамения Аллаха в часы ночи, совершая поклонение. Они веруют в Аллаха и Последний день, приказывают одобряемое и удерживают от неодобряемого. Они спешат друг перед другом в совершении благого; они – праведники. Что бы они ни сделали доброго, никогда его не будут отрицать за ними. Поистине, Аллах знает богобоязненных” (Коран, 3:113–115). А также, упоминая о тех, кто не призывал к одобряемому: “Прокляты те из сынов Исраила, которые не веровали, языком Давида и Иисуса, сына Марйам! Это – за то, что они ослушались и были преступны. Они не удерживались от порицаемого, которое совершили. Скверно то, что они делали!” (Коран 5:78–79).В подтверждение этого справедливого подхода Коран, говоря об обладателях Писания, использует предлог частности “мин” (“из”, “среди”), слово “касиран” (“многие”) и тому подобные выражения: “Действительно, среди обладателей Писания есть такие, что веруют в Аллаха…” (Коран, 3:199), “Многие из обладателей Писания хотели бы обратить вас после вашей веры в неверие…” (Коран,2:109) и пр.На заре исламской эры Персия и Византия – две супердержавы того времени – проводили агрессивную внешнюю политику, стремясь к захвату и колонизации соседних территорий, порабощению их населения. Ислам, заявивший о намерении освободить землю от их гнета, тем не менее, не поставил знак равенства между двумя тираниями, а провел различие между людьми Писания – византийцами и огнепоклонниками – персами. В Коране описывается скорбь мусульман по поводу поражения, которое потерпели византийцы-христиане от персов-зороастрицев, и радость мусульман, когда византийцы взяли реванш, который был предвещен Аллахом: “Алиф лам мим. Побеждены Румы (Византийцы) в ближайшей земле, но они после победы над ними победят через несколько лет. Аллаху принадлежит власть и раньше, и позже, а в тот день возрадуются верующие…” (Коран, 1:5). Таким образом, степень диктата и тирании по отношению к мусульманам является одним из факторов, принимаемых в расчет исламом в отношениях с другими религиями. Мусульманские ученые и философы выделили категории куфра и его степени. В частности, куфр бывает: – отрицающим истину, которая известна отрицающим ее; – по неведению и упущению; – куфр тех, до кого дошел даават;– куфр тех, до кого даават не дошел вообще или дошел в искаженном виде без доказательств и устранения сомнений. В этой связи имам аль-Газали (1058–1111 гг.) сказал: “На большую часть византийских и тюркских христиан в это время распространяется милость по воле Аллаха Всевышнего. Я имею в виду живущих на окраинах византийской и тюркской земли, которых не застал призыв. Христиане делятся на 3 категории:1) до которых не дошло имя Мухаммада (мир ему) – они имеют оправдание;2) до которых дошло его имя, характеристики и что было открыто ему из чудес, а также которые жили по соседству с исламскими странами и поддерживали связи с ними – они кафиры отрицающие;3) до которых дошло имя Мухаммада (мир ему), но не дошли его характеристики и описания, а с детства они слышали, будто лгун одержимый по имени Мухаммад возомнил себя пророком, – для меня они подобны первой категории (до которых не дошло имя пророка). Таким образом, они, зная имя его, услышали прямо противоположные характеристики, а это не может служить мотивом, побуждающим к дальнейшему поиску”.Кроме этого, ученые-правоведы описали “куфр-ниама”, то есть неблагодарность Аллаху за то, чем Он наделил людей, который тем не менее не является отрицанием веры в Аллаха (“куфр-итикад”). Также в исламской доктрине есть такое понятие, как словесный куфр – не выводящий лицо, произнесшее его, за рамки убеждения в существовании Аллаха. Стало быть, ученые не ставили все разновидности куфра в один ряд, как это сегодня делают многие мусульмане.Такова точка зрения ислама по этому вопросу. Наиболее емко она выражена словами из Корана: “Не одинаковы они…” (3:113).

– До какой степени можно говорить об отношении Запада к исламу как об идеях и программах, которые из области теории перешли в практическую область реализации имперской политики?

– За века ожесточенного противостояния Запада и Востока – которое проходило не столько за идеи и теории, сколько за территории и природные ресурсы – была построена сложная идеологическая конструкция, на основе которой строилось отношение Запада к исламу, его культуре и последователям. Идеология служила с одной стороны поводом для экспансии и оправданием жестокости, а с другой – как фактор, культивирующий страх по отношению к исламу в сознании западного общества. Кроме того, с ее помощью колониализм обратился к восточным умам, насаждая западное мировоззрение через мыслителей-мусульман, перенявших западные идеи. По этому поводу Джамаледдин аль-Афгани сказал: “Подражающие цивилизациям других народов не являются хозяевами тех идей, которые они проповедуют. Как показывает практика, копирующие идеи и поведение других народов становятся уязвимыми для врагов, более того они становятся авангардом их захватнических армий, расчищая им пути и открывая ворота, а затем укрепляя их присутствие”.

– Как отражается такая политика на исламском присутствии на Западе?

– После того, как число мусульман в странах Запада возросло, они стали испытывать большое количество трудностей. Дошло до того, что их лишили целого ряда либеральных свобод и гражданских прав только за то, что они мусульмане. Их самые элементарные права не соблюдаются судом, как, например, это происходит в США, где мусульман привлекают к юридической ответственности на основании так называемых секретных доказательств, о которых никому ничего не известно. Последователи ислама стали жертвой материального и морального преследования. По данным правозащитных организаций, в Соединенных Штатах после 11 сентября уровень притеснения мусульман возрос на 1600% по сравнению с тем, что было до сентябрьской трагедии. Можно сказать, что для мусульман Запада начался новый период инквизиционных судов, которые, как известно, впервые были созданы на Западе после падения Гранады.

– Какова логика противостояния между Западом и его исламским конкурентом. И как относится к исламу западная церковь?

– Взгляд западной культуры на ислам имеет глубокие корни. И эти корни – корни отрицания ислама – живы и действенны, более того они прорастают и развиваются по сей день. Это можно видеть на примере деятельности западной церкви, которая устами протестантов объявила на конгрессе в Колорадо 1978 г. о необходимости проникновения внутрь ислама с целью христианизации всех мусульман. Об аналогичном проекте объявила также католическая церковь, которая ставила своей задачей христианизировать всю Африку к 2000 году. Когда же стало ясно, что это нереально, срок, отведенный для христианизации, был продлен до 2025 г. Даже экс-президент светской Франции Валери Жискар де Стен, выражая распространенную на Западе точку зрения, заявил о неприемлемости вступления Турции в Европейский Союз по причине того, что она является мусульманской. Что касается православной (восточной) церкви, то свое отношение к исламу она продемонстрировала, благословив резню мусульман на Балканах и других горячих точках. Многочисленные христианские секты также настойчиво отвергают ислам. Такое отношение к исламу и мусульманам не скрывается даже на конференциях, посвященных исламу и проходящих на земле ислама. Так, на конференции “Исламо-христианский диалог” в Каире, организованной Международным форумом диалога и Организацией Исламская конференция, представитель Ватикана, заместитель генерального секретаря Папского совета по межрелигиозному диалогу Халид Акасин, и представитель Всемирного совета церквей Тарик Митри отказались подписать итоговую резолюцию на том основании, что она определяла ислам как “боговдохновенную религию” наряду с иудаизмом и христианством, заявив, что “характеристика ислама как небесной, боговдохновенной религии остается спорным вопросом”. Комментируя этот шаг, Юсуф Кардави, в частности, отметил: “Я удивлен боязни некоторых иерархов назвать ислам боговдохновенной, небесной религией. Если Ватикан и Всемирный совет церквей не признают ислам религией от Бога, то зачем вообще встречаться и вести диалог?!”.Запад признает ислам всего лишь как объективную реальность, считая его искусственной, а не боговдохновенной религией. Для церкви это служит оправданием непрекращающихся попыток христианизации мусульман. Отношение Запада к исламу лучше всего характеризуют слова известного французского ориенталиста Жака Берка (1910–1995 гг.): “Ислам, который является последней из трех божественных религий, который исповедуют более миллиарда человек и который близок к Западу географически и исторически, даже с точки зрения ценностей и понятий, до сих пор продолжает оставаться для Запада отвергнутым братом – всегда далеким, всегда обвиняемым, всегда непонятным”.Берк за семь лет до трагедии 11 сентября говорит об отрицании Западом ислама, его цивилизации и общества как о постоянной и устойчивой позиции. И эта позиция служит оправданием колониального натиска на исламский мир и желанием добиться культурного доминирования Запада над исламом.

– До какой степени различаются формы антиисламской политики Запада? Объединены ли они в одно целое?

– Политика Запада и многообразна, и целостна одновременно. Ее многообразие заключается как в многообразии кругов, от которых она исходит, так и в многообразии тех, на кого эта политика направлена. Целостность же состоит в наличие единой стратегии. Так, усилия церкви, направленные на христианизацию мусульман, поддерживают светские круги западной политической системы, так как в конечном итоге они служат делу реализации стратегии подчинения Востока Западу и доминирования христианской цивилизации над исламской. Отсюда, например, и поддержка светской Францией и др. западными странами христианских миссий и школ в мусульманских странах.Таким образом, стратегическая цель, в достижении которой объединился весь западный колониализм – будь он религиозный или политический, – отобрать у мусульман ислам путем его

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Комментирование закрыто.

Авторизация
*
*
Войти с помощью: 
Регистрация
*
*
*
Войти с помощью: 

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.


Генерация пароля

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.


Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: