Информационное
агентство России
6°C
20 октября, 13:53

СТАТУС МЕНЬШИНСТВА НЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО ОЗНАЧАЕТ ПОЗИЦИЮ МАРГИНАЛОВ

art_dev
СТАТУС МЕНЬШИНСТВА НЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО ОЗНАЧАЕТ ПОЗИЦИЮ МАРГИНАЛОВ
Mesteri

Уважаемые дамы и господа, свое выступление я хотел бы посвятить вопросу статуса Ислама на Западе и проблеме его социальной адаптации.

Ислам в западных странах воспринимается как эмигрантский фактор, своего рода, миноритарный элемент, даже, несмотря на его успешную социальную адаптацию в некоторых европейских странах, где он получил статус одной из основных религий.

В мусульманском этическом и религиозном наследии статус Ислама как религии меньшинства никогда не рассматривался и даже не считался возможным. Исламская цивилизация представляла собой культуру большинства, а теория меньшинств была разработана, чтобы интегрировать иноверцев в исламскую социальную систему. Первая исламская конституция, которая называлась "Сахифа", не относила меньшинства к маргинальным группам, а, наоборот, подтверждала их социальные права.

Новые попытки современного иджтихата разработать фикх для меньшинств должны основываться на социальной философии Ислама, чтобы избежать "коммунализма" и "геттоизации" В западной культуре концепция социальной интеграции намного шире, чем только лишь признание прав меньшинств, за исключением американской модели, основанной на мультикультурализме. Социальная интеграция это исторически обусловлен­ная ценность. Секуляризм и христианско-иудейская культура могут рассматриваться как условия для позитивной интеграции в западное общество. Уважение к большинству обусловлено уважением к западной культурной идентичности Власть большинства является результатом демократической традиции только в рамках этой культурной идентичности, даже если власть не обусловливает свою законность абсолютной социализацией.

Современное исламское восприятие статуса мусульманина на Западе нуждается в пересмотре в соответствии с западной социальной философией. Это необходимо для того, чтобы разработать новый фикх социальной адаптации Ислама в мультикультурном обществе в условиях неисламского правления. Таким образом, современная исламская мысль могла бы внести свой вклад в широкие дебаты европейских интеллектуалов о социальной адаптации Ислама, особенно в вопросах, касающихся отношений между социальным и религиозным обществом, мультикультурализмом и демократией.

Концепция меньшинства нуждается в серьезном пересмотре в связи с новыми вызовами, носящими межцивилизационный, мультикультурный и поликонфессиональный характер. К тому же критический исламский подход к концепции социальной адаптации, к его отношению к статусу большинства и меньшинства, может выступить в качестве предпосылки для понимания будущего «исламского общества» на Западе.

Статус мусульман на Западе начинает терять некогда свое единственное измерение, как эмигрантского потенциала и движется к новому измерению – гражданскому партнерству. Таким образом, исламская мысль на Западе становится партнером, а не пришлым фактором Она становится одной из основ гражданского мира, культурного и духовного наследия Западного пространства. Поэтому Ислам нуждается в обсуждении своей идентичности на Западе с учетом интеллектуальной идентич­ности Запада. Западное пространство – это нации-государства, основанные на идеях нейтральности, секуляризма, личной свободы, равенства перед законом и конституцией. Может ли «фикх меньшинств» представить концепцию, определяющую социальную адаптацию мусульман в современном Западном пространстве и при современной Западной системе?

Несколько слов о концепции "фикха меньшинства", а также о социальном балансе, выражающемся формулой: «Демократическое большинство – влиятельное меньшинство".

Демократическое правление основано на гибкой и изменяющейся позиции меньшинства и большинства. В этой связи сложно рассматривать статический характер общества в теории меньшинства. Статус меньшинства основан больше на социальной декларации, чем на концепции. В современной истории наблюдается новый период осознания прав меньшинств: «черных», евреев, гомосексуалистов и женщин.

Демократичное большинство является результатом деятельности влиятельного меньшинства, которое имеет скрытую, но значительную силу для оказания давления, манипулирования и, в основном, лоббирования своих интересов. Таким образом, меньшинство может быть более влиятельным, чем большинство. Статус меньшинства не обязательно означает позицию маргиналов общества при обозначении его скрытой и влиятельной роли. Наоборот, меньшинство могло бы выступать в качестве центра и источника игры различных сил. Тем не менее, там, где на Западе озабоченны мусульманской реальностью, статус количественного меньшинства не имеет сильного влияния на качественный аспект, и, таким образом, качество влияния должно рассматриваться при любой оценке мусульманских общин.

На вызов статистических исследований о мусульманах на Западе, мы должны добавить вызов исследований изучающих реальное влияние Ислама на общество посредством своих институтов, лидеров, инфраструктуры и проектов, являются ли они интеллектуальными или социальными.

Также, хотел обратить ваше внимание на утопичность «наций-государств».

Утопичность нации-государства не является отрицанием юридической реальности национального единства, как это определено различными европейскими конституциями. Его основной целью является равенство всех граждан перед законом. Таким образом, регулирующим правлением разнообразия является секуляризм, а не права этнических и религиозных меньшинств. Соблюдение прав меньшинств – необходимое условие для национального единства, а также для поддержания справедливости и равенства всех граждан, независимо от статуса большинства или меньшинства. Применение справедливости и равенства не только принцип, но и условие для успеха. Тем не менее, сегодня существуют некоторые меньшинства, лоббистские усилия которых основаны на идеологии изменения правил национального единства с целью насаждения своих правил в решении социально значимых вопросов. Задача социальной адаптации мусульман – это принимать принципы гуманизма, основанные на равенстве прав всех людей, при полном уважении прав, как меньшинства, так и большинства. Таким образом, цель меньшинства должна заключаться не в усилении соперничества с большинством, а в установлении равных прав, укрепляющих национальное единство в соответствии с национальной конституцией.

Несколько слов о национальном единстве в условиях мультиэтнической нации.

Начиная с открытия европейцами Нового Света, модель США была основана на мультиэтничности – с европейским большинством и с африканским и коренным американским меньшинством. Кровавая история порабощения меньшинств, их страдания и усилия, направленные на признание равенства их прав, является одним из самых долгих сражений за освобождение в истории человеческой цивилизации. В связи с этим культура соблюдения прав меньшинств в США имеет давнюю историческую традицию, даже более давнюю, чем в Европе.

Мультиэтническая модель не может быть альтернативой национальному единству, так как ни одна из них не способна представлять кросс-этническую реальность и кросс-культурное стремление человечества. Исламская мысль должна разработать гуманистическую концепцию будущего, основанную на эмигрантском обществе. Она должна быть кросс-культурной и способной решить проблему признания коллективных идентичноcтей и их влияния на сосуществование в мультикультурном и мультиэтническом мире.

Сегодня, в условиях глобализации, власть как таковая и вызов ей более не являются дуализмом меньшинства и большинства, в повестке дня стоит вопрос обладания экономической и информационной властью. Согласно законам демократии, большинство все еще нуждается в легитимизации политической власти, хотя этого и недостаточно, чтобы гарантировать глобальное влияние на все общество. Экономический фактор проявляется в качестве основного в политике, и даже как необходимое условие для ее развития. Сильные мультинациональные общества, как в национальном масштабе, так и в интернациональном, могут выступать в качестве примера влияния либеральной экономической системы на демократию. Мы имеем полное право обдумывать судьбу демократии и формулу двойственного управления ею большинством и меньшинством, если мультинациональные общества продолжают решать вопросы войны и мира, и навязчиво устанавливают свой контроль над политикой. Таким образом, в условиях глобализации, информация становится не только неизбежным оружием влияния на общественное мнение, но и обязательным условием экспансии мультинациональных обществ.

Информационная война между сверхмогущественными мультинациональными обществами уменьшает значение общественного мнения представительного большинства. Общественное мнение сейчас создается и манипулируется скорее информацией, чем представительным большинством. В условиях такого изменения роли информации, социальные позиции меньшинства необязательно являются слабыми. Наоборот, меньшинство может быть самым сильным и влиятельным, если имеет доступ к информации и ее распространению, и, следовательно, к экономической власти, несмотря на классические правила чередования большинства и меньшинства в условиях демократии.

Борьба гражданского общества против навязываемых глобализацией стандартизации и роста числа эмигрантов и эмигрантских общин не даст ожидаемых результатов. Наоборот, усилия общества должны быть направлены на продвижение и установление транс-культурного и кросс-культурного мира с мультикультурным источником вдохновения. Кросс-культурное общество – это перманентная эволюция мультикультурной реальности, полностью противоречащая надуманной идее моноэтнического общества. Различия между культурными идентичностями на Западе, как это происходит в отношении ислама, никоим образом не противоречат открытому кросс-культурному обществу, так как это является культурной идентификацией, что необходимо самому обществу для извлечения пользы из общего многообразия.

Современные общества склоняются к упразднению мульти-культурного опыта, что неминуемо ведет к «коммунализации» и «геттоизации» коллективной идентичности. Установление коллективной исламской идентичности на Западе может не соответствовать мультикультурной модели, которую вменяет статус меньшинства. Тем не менее, кросс-культурное общество, являясь по своей природе открытым и прогрессивно мыслящим, должно признать универсальное гуманистическое измерение исламской идентичности. Мирное будущее может быть обеспечено только путем признания и принятия различий между исламской и Западной культурами в новом кросс-культурном обществе, к чему ведет и обновление фикха, особенно в вопросе определения статуса мусульман на Западе. Статус меньшинства – это настоящая преграда для исламской концепции «Шахады» в мультикультурном и поликонфессиональном пространстве. В будущем мусульмане должны иметь статус полноценных партнеров, а не меньшинства, в кросс-культурном обществе.

Хотел бы заметить, что «фикх меньшинств» основан на неверном сравнении с исключительным маргинальным меньшинством, подобным гомосексуальному меньшинству. Ислам на Западе должен рассматриваться в качестве меньшинства, только с точки зрения численности мусульман в общей массе и это никак не должно влиять на его универсальную роль. Основная борьба «исключительных меньшинств» ведется за соблюдение их прав. В то время как Ислам выдвигает только два требования: признание его прав и представление его духовной модели всему человечеству.

Также невозможно сравнить статус меньшинства мусульман с такими этническими меньшинствами, как, например, негры или индейцы в Соединенных Штатах. В реальности мусульманское меньшинство многонационально, а не моноэтническое Согласно нормам Ислама, рекомендуется сохранять свои этнические корни и соблюдать традиции в рамках религии. Однако этническая принадлежность может стать серьезной помехой, когда она начинает ассоциироваться с определенной религией.

Европейские интеллектуалы часто поднимают проблему расизма, который противостоит мусульманам на Западе, похоже, что причина скорее кроется в исламофобии, нежели в этнической принадлежности жертв. Мусульманам на Западе приходится жить с глубокой и болезненной памятью колонизации, крестовых походов и конфликта между Исламом и Западной цивилизацией. Этнический фактор на фоне проявлений расизма мог бы скрыть дискриминацию Ислама на Западе, которая базируется на различиях между цивилизациями. Вызов мусульманского меньшинства заключается в требовании признания его весомого культурного вклада в общемировое достояние, с признанием его богатого духовного источника и его достижений в области науки, философии и искусства. Необходимо содействовать признанию Ислама частью многообразного социального пространства, чтобы общепринятый статус мусульман, как маргиналов и эмигрантов измениться до статуса полноценных и полноправных граждан. Поэтому любые сравнения меньшинства с любыми другими меньшинствами, этническими, сексуальными и прочими, должны быть отвергнуты.

В заключение своего выступления хочу обратить ваше внимание еще на одну проблему, которую можно обозначить, как «гражданство и умма».

Процессы социальной адаптации все еще сдерживаются понятием «уммы», являющимся священным универсальным понятием коллективной идентичности в исламской мысли. «Групповая солидарность» была представлена как коллективная идентичность, заменяющая национальную принадлежность или гражданство, которые считались противоречащими религиозной общине, то есть умме. Это объясняет отсутствие интереса у исламских мыслителей, как классиков, так и современных, к теме социальной адаптации мусульман в немусульманской среде.

Мусульманской общине, проживающей на Западе, потребо­валось не мало времени, чтобы стать частью Западного общест­ва. Даже сегодня, в исламской литературе наблюдается тенден­ция к запрещению социальной адаптации Ислама в странах Запада. Умма, как таковая, рассматривается не только как ре­лигиозный пакт, но и как гражданский, связывающий всех му­сульман во всем мире. Гражданское измерение уммы, которое подпитывается ностальгическими воспоминаниями о Халифате, тормозит легитимизацию Исламом процессов социальной адап­тации мусульман на Западе. Вместе с тем, гражданского изме­рения уммы более не существует так же, как и не существует реального влияния мусульманских межгосударственных органи­заций на процессы, происходящие внутри Исламского мира.

Вспоминая историю переселения мусульман в Абиссинию (Эфиопию) и в Медину, инициированные самим Пророком, мы увидим, что переселившиеся мусульмане не имели эми­грантского статуса, а, наоборот, пользовались статусом полно­правных граждан. В христианской Абиссинии они составляли меньшинство, а в Медине смогли достичь компромисса с раз­личными слоями общества, имевшими влияние на городскую власть, создав систему, эволюционирующую к Исламу.

В этой связи, решение вопроса о статусе мусульманского меньшинства находится в зависимости от боязни нарушить «пакт уммы». Современные исламские религиозные мыслители готовы смириться со специфическим статусом мусульман на Западе, нежели поддержать их социальную адаптацию. Таким образом, позиция Ислама в современном обществе содержит в себе элементы конфликта, базирующиеся на неопределенности по отношению к вопросам идентичности и разнообразия. В этих обстоятельствах традиционные подходы фикха меньшин­ства, основанные на историческом наследии и боязни нарушить религиозный пакт, не способны позитивно повлиять на статус мусульманского меньшинства в многокультурном и поликон­фессиональном обществе.

Мохаммед МЕСТЕРИ,

директор парижского отделения Международного института исламской мысли,

выступление на круглом столе «Европа – Россия – Мусульманский мир: Стратегия развития и модели сотрудничества» в Москве

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Комментирование закрыто.

Авторизация
*
*
Войти с помощью: 
Регистрация
*
*
*
Войти с помощью: 

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.


Генерация пароля

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.


Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: