Информационное
агентство России
13°C
25 мая, 06:17

Культом сыт не будешь

По-настоящему исламской станет та власть, которая накормит людей хлебом, а не религиозными лозунгами

Rinat
Культом сыт не будешь
Вениамин Попов докладывает Владимиру Путину

Крупнейшие мировые державы, к которым, несомненно, относится и Россия, все больше учитывают изменения на Ближнем Востоке. Но ставка должна делаться именно на те политические силы, которые способны не только построить гражданское общество, но и решить насущные экономические проблемы, уверен директор Центра партнёрства цивилизаций, руководитель Института международных исследований Вениамин Попов. Своими мыслями он любезно поделился с ИА IslamNews.

– Вениамин Викторович, как вы оцениваете нынешние события в Египте и в арабском мире в целом? Почему на революционной волне к власти в этих государствах приходят именно происламские силы?

– Суть нынешних событий заключается в двух основных тенденциях. Первая – общемировая. Она проявляется в многочисленных выступлениях, массовых протестах различных слоев населения, прежде всего, за социальную справедливость. Эти движения рождены недовольством широких масс положением, сложившимся в их странах: засилием правящих верхушек и кланов, повсеместной коррупцией, страшной безработицей (особенно среди молодежи), увеличением разрыва между богатыми и бедными. Это первая причина. Но есть и вторая, причем два этих процесса накладываются друг на друга. С одной стороны, инициаторами всех этих революций – в частности, тунисской и египетской – была образованная молодежь, которая не могла найти своего места в нынешней структуре общества, ни тунисского, ни египетского. Не было работы, социальных лифтов. Молодёжь возмущалась тем, что Мубарак хотел передать своему сыну власть по наследству, и так далее. Все эти правители находились у власти очень давно и, соответственно, создавали систему, направленную на обеспечение их личной власти. Но одновременно, гораздо раньше, начались процессы, связанные с ростом исламского самосознания, обращения к корням, к истокам, к своей арабо-мусульманской идентичности.

– Что послужило отправной точкой для этого процесса?

– Это большой процесс, но отправной точкой можно назвать 1967 год, когда Израиль разгромил армии сразу трех государств – Египта, Сирии и Иордании – и захватил большие площади арабских территорий. Это мгновенное поражение в шестидневной войне очень сильно повлияло на египтян, сирийцев, иорданцев и многих других арабов, стало для них шоком. И все большее количество людей стало склоняться к выводу о том, что все импортируемые идеологии – а именно, разного рода «измы», будь то социализм, коммунизм, национализм, баасизм и прочие – не исконно арабские, и они не приведут к желаемому результату, т.е. улучшению жизни простого народа. Стали всё больше склоняться к своим религиозным корням. Появился лозунг «ислам – это решение всех проблем». Это очень простой, доходчивый лозунг, который выдвигали, в том числе, и «Братья-мусульмане», существующие, как известно, с 1928 года. Они говорили: их народы отклонились от магистрального пути, забыли настоящую религию, отошли от нее, пошли на поклон к Западу – и вот результат. Дальше будет хуже. А для того, чтобы стало лучше, нужно вернуться к своим истокам, а главное, к тому золотому исламскому веку, когда пророк Мухаммад начал свою деятельность. Это движение все больше охватывало широкие слои населения – в том числе, и интеллигенцию: не случайно «братья» возглавляли такие синдикаты лиц свободных профессий, как журналисты, врачи, адвокаты. И вот два этих процесса совпали. Опять же, революции в Тунисе и Египте делала образованная молодежь, которая собирала людей по Твиттеру и Фэйсбуку, но никогда еще те, кто начинал революцию, не пользуются ее плодами. Сейчас, на втором этапе, к власти приходят именно «Братья-мусульмане» или салафиты (радикалы, требующие создания такого же религиозного государства, как при Пророке).

– Однако они приходят к власти в результате демократических выборов. Почему же проиграли молодежные организации?

– Потому, что «Братья-мусульмане» преследовались режимом, больше всего пострадали от этих режимов. Многие были в тюрьмах, кого-то казнили, кто-то уехал. Не случайно нынешний премьер-министр Туниса был генеральным секретарем партии «Ан-Нахда (тунисского «издания» «Братьев-мусульман»). Он 16 лет провел в тюрьмах! А лидер этого движения, Рашид аль-Ганнуши, жил в эмиграции в Лондоне более 20 лет. Также и «Братья-мусульмане». И поэтому они получили большинство. Но это отражает общую тенденцию к тому, что люди отвергают узкий слой вестернизированной элиты, которая пыталась навязать правила, продиктованные Западом, и хотят обратиться к своим корням. Повторю, этот процесс начался в 1967 году, а через 12 лет произошла иранская революция, когда к власти пришли шиитские духовные лица во главе с Хомейни. Потом, в 1986 году, на демократических выборах в Палестине победило движение ХАМАС (палестинский филиал «Братьев-мусульман»). Так что это общее движение, которое дальше будет лишь усиливаться. Кто-то говорит о политическом исламе – в определенной степени это верно. Но это означает, что исламисты и дальше будут постепенно приходить к власти – может быть, в коалиции, может быть, самостоятельно. Этот процесс будет набирать силу. И я хочу сказать, что на этом фоне «Братья-мусульмане» выглядят умеренными исламистами, потому что они понимают, что нужно строить гражданское демократическое общество, где будут уважать другие меньшинства (о чем некоторые из них, собственно, и заявляют). Это архиважно. И это то, чего не хотят пока признавать салафиты.

– Сложно ли, на ваш взгляд, Западу выстраивать отношения с новыми арабскими властями?

– Когда произошли тунисская и египетская революции, Запад растерялся. Он не знал, что делать, потому что всегда поддерживал и Мубарака, и Бен Али. Но, тем не менее, когда на Западе увидели двухмиллионную демонстрацию на площади Тахрир, которая скандировала «уходи, уходи», они поняли: Мубарак обречен. Они пытались посадить у власти других, но революция развивается по своим законам. В итоге достаточно прозрачных демократических выборов к власти пришли исламисты. Это в двух странах. В отношении Ливии на Западе уже опомнились и решили действовать активно: Запад решил как следует «помочь» этим людям, хотя многие из них те же исламисты. Но, во-первых, Каддафи никто не любил, а, во-вторых, ставка была очень серьезной. Ведь речь шла об очень важной нефтяной стране: Ливия занимает одно из первых мест в Африке по запасам нефти, да и нефть там еще уникального качества, практически лишена серы, то есть, ее не надо перерабатывать. При мне, когда я был послом в Ливии, наши специалисты как-то пытались залить эту нефть в двигатель, и машина ехала! Я не знаю, что стало с этой машиной потом, но даже без переработки нефть там исключительно чистая. Так что ставки были высоки, Запад пошел на прямую интервенцию и, в конце концов, смог сбросить Каддафи. Кадры его растерзания обошли все мировые экраны, это было очень неприятное зрелище, но, тем не менее, повстанцы вроде одержали победу. А теперь они не знают, что делать дальше! В Ливии начались стычки между различными племенами и отрядами разных исламистов. Хотя власти и говорят, что в июне проведут выборы, я сильно в этом сомневаюсь. И что там будет происходить, как будет развиваться Ливия, сохранится ли она в качестве единого государства – большой вопрос.

– Есть мнение, что ливийский опыт сейчас отрабатывается в Сирии. Так ли это?

– Совершенно верно. В Сирии тоже решили поддержать исламистов. Почему? Казалось бы, это близорукая линия, они же приводят к власти людей, которые к Западу относятся плохо… Но в Сирии во главе государства стоят шииты, точнее, секта, близкая к шиитам (алавиты). Их 12% населения, но они гораздо ближе к шиитам, чем к суннитам. И поэтому Сирия – главный арабский союзник Ирана (шиитской страны). Поэтому главная идея – ударить таким образом по Ирану. Но ситуация складывается не так, как в Ливии, и резолюцию Совета безопасности не удалось принять, поэтому они будут искать какие-то обходные пути. Ситуация может развиваться достаточно драматично. Если сирийцы не договорятся с оппозицией до апреля-мая, Запад может начать вооружать оппозицию, и так далее. Предсказать дальнейшее сложно – все возможности сейчас открыты.

– С какими вызовам столкнутся в этой связи те же умеренные исламисты в лице «Братьев-мусульман»?

– Повторюсь: «Братья-мусульмане» на фоне салафитов, требующих, чтобы мужчины не брились, а женщины надели чадру, выглядят достаточно умеренными. Они понимают, что сейчас для них идет очень важный тест. Ведь, когда происходит революция, экономическое положение поначалу всегда ухудшается. Сейчас оно резко ухудшилось везде – и в Тунисе, и в Египте, и в Сирии. Если «Братья-мусульмане» сумеют справиться с экономическим кризисом, предложат адекватные пути решения наиболее актуальных проблем, они сумеют остаться у власти. 90% египтян говорит, что их интересуют не религиозные культы, а вопросы улучшения собственной жизни: мол, прежде чем одевать всех в чадру, сначала накормите страну. Так что главные вопросы дальнейшего развития будут решаться в сфере экономики. Если они найдут соответствующие правильные, оптимальные решения, тогда, вероятно, их поддержка в обществе только возрастет. Если же нет, активизируются салафиты, которые считают, что нужно перейти на рельсы религиозных государств с соответствующим законодательством и отношением к меньшинствам. Так что ситуация будет переменчивой и будет зависеть от общемировой: от цен на нефть, от того, ударит ли Израиль по Ирану, сумеет ли сирийский режим договориться с оппозицией, как будут развиваться события в Ливии – не расколется ли страна, как будет действовать новое исламистское правительство в Марокко. Кроме того, если завтра в Греции грянет революция, резко изменится ситуация в Средиземноморье.

– Каков ваш прогноз по египетским выборам? Будет ли в июне поставлена точка в противостоянии?

– Выборы, скорее всего, состоятся, но точку в египетской революции они не поставят. Начнется очередной ее этап, ведь она далека от завершения. Все зависит от соотношения сил. В Египте с 1952 года правит армия. Она и сейчас правит. Уйдет ли армия от власти, поделят ли они власть с исламистами – вопрос! Сейчас все больше говорят о том, что президент, возможно, будет военным, и тогда власть будут делить с «Братьями-мусульманами». Но договорятся ли они, сказать очень трудно. Какова будет компетенция правительства, парламента, президента – все эти вопросы с повестки дня не снимаются. И ясно, что в июне ситуация окончательно не разрешится.

– Как сообщила в среду TheNewYorkTimes, египетские власти подготовили обвинительное заключение по делу иностранных неправительственных организаций, работающих в этой стране, обвинив их в подготовке расчленения Египта. Что стоит за этим процессом?

– Это давние планы. В Египте 85 миллионов человек. Уже не раз в западной прессе и литературе, в том числе, научной поднимается вопрос о разделении Египта на несколько государств. Наверное, эти люди искали каких-то агентов влияния или что-то в этом роде. Но это, отмечу, прежде всего «наезд» на американские неправительственные организации в Египте. США, как известно, оказывают Египту весьма существенную помощь – в т.ч., и военную, на $1,3 млрд ежегодно. Армия хотела бы решить эти вопросы спокойно, но общая ситуация такова, что антиизраильские и антиамериканские чувства будут усиливаться, и нужно быть к этому готовыми. Хотя «Братья» дали понять, что они не заинтересованы в немедленной отмене мирного договора, не будут это педалировать, тем не менее, как все помнят, осенью было нападение на израильское посольство в Каире. Масса людей пострадала, посольство было эвакуировано, посла спасали на вертолете. Это отражает широкие общественные настроения. Раньше эти чувства подавлялись, а теперь они вышли на поверхность. Все это усложняет положение Запада, который думает – какую бы позицию занять. Американцы уже несколько раз дали понять, что в случае преследования и задержания своих граждан рассмотрят в Конгрессе вопрос о целесообразности дальнейшей помощи Египту. Так или иначе, магистральная линия ясна: эти пришедшие к власти люди Западу доверяют не особо.

– Тем не менее, на Западе «Братьев-мусульман» изъяли из черных списков еще несколько лет назад, а в России они до сих пор числятся экстремистами. Осложняет ли это работу наших дипломатов?

– Мы запрещали и объявляли террористической организацией тех «Братьев-мусульман», которые призывают к насилию, к террору. А если люди, которые сейчас пришли во власть, называют себя Партией Свободы и справедливости, говорят о том, что будут строить демократическое гражданское общество, мы обязательно должны с ними сотрудничать! Не надо цепляться за какие-то старые ярлыки, которые были актуальны 10 лет назад. Или мы не знаем, что ХАМАС – это филиал «Братьев-мусульман»? Но с ними встречались, и на достаточно высоком уровне, на уровне министра! Мы в прошлом году под Москвой долго сидели и мирили ХАМАС и ФАТХ, активно способствовали тому, чтобы они, в конце концов, уладили свои разногласия. Так что не надо цепляться за какие-то слова – есть реалии сегодняшнего дня. Конечно, мы будем сотрудничать с теми, кто пришел сейчас к власти в Египте. Не случайно в этой партии «Свободы и справедливости» вице-президент – копт. У них там много женщин. Они заявляют, что будут строить гражданское общество. В Тунисе (а это туристическая страна, на 10 млн человек там 7 млн туристов) тоже постоянно подчеркивают, что они – современные, разумные люди, готовые поддерживать развитие общества. Да, они хотят, чтобы в основе их общества лежала исламская мораль, но это не значит, что они хотят всех нарядить в чадру. Кстати, у них женщина – член политбюро партии – ходит открытой, даже безо всякого головного платка, подчеркивая, что она готова работать со светскими, либеральными, демократическими партиями. И в парламенте у них коалиция, они ведь распределили посты между светскими партиями и религиозной организацией. Как говорят сами мусульмане, «это Запад боится того, что мы обращаемся к исламу. А мы – мусульмане, чего нам бояться?» Поэтому, если приходят хорошие люди и говорят, что они –истинные мусульмане, мы это только приветствуем.

– Как будет решаться казус с нахождением «Братьев» в списке запрещенных на территории РФ организаций?

– Я думаю, что, по большому счету, заявления могут быть разными – но важны дела. Мы будем судить о них по их делам. И о «Братьях-мусульманах», и о салафитах, и так далее. Сейчас даже салафиты меняют свою официальную линию и начинают высказываться гораздо более осторожно, потому что чувствуют контроль египетского общества, которое сейчас хочет, прежде всего, улучшения собственного материального положения, качества жизни. Именно это сейчас главное – накормить 85 миллионов человек, чтобы была справедливость, а не надевать чадру на всех поголовно. Идея большей социальной справедливости сейчас пронизывает все эти движения. И от того, насколько та или иная сила эффективно осуществит этот лозунг, зависит ее пребывание у власти. Если они не сумеют показать это быстро, я им не завидую – власть, видимо, перейдет к другим людям. Потому что революционный порыв – мы знаем это на примере других революций – это всегда очень быстрая сменяемость власти. И те, кто делал революцию, отодвигаются, приходят другие люди. Так было во Франции, в России, в Иране.

– И что произойдет тогда, видимо, предсказать невозможно…

– Да. Долгое время я работал в МИДе в управлении по планированию внешнеполитических мероприятий. Мы пытались планировать внешнюю политику. И у нас была такая шутка: «кто такие планировщики? Это люди, которые могут предсказать, что будет через месяц и через год, а потом толково объяснить, почему этого не произошло». Вот и в нынешней ситуации предсказывать очень сложно: изменения происходят весьма стремительно. Глобализация, видите ли… Мир стал не просто деревней, а маленькой деревней, появляются новые технологии, сжимается и время, и пространство: мы можем завтракать в Москве, а обедать в Пекине. Мы живем в режиме реального времени. Люди видят огромное неравенство, и бурно реагируют – не только в арабских странах. Например, движение «Захватим Уолл-стрит» в Нью-Йорке использовало слоган «Превратим Уолл-стрит в площадь Тахрир!» Тахрир стал символом революционных изменений. А потом прошли массовые выступления в Израиле, а что ждет сейчас Грецию, Португалию, Испанию и другие страны? И что будет еще на парламентских выборах во Франции? Победит ли Саркози, это большой вопрос. Так что впереди – очень крупные процессы. Мы идем к большому цивилизационному разлому, и французские выборы, видимо, покажут это весьма наглядно.

Кроме того, вспомните, что произошло в Норвегии летом прошлого года, когда один норвежец, отнюдь не выглядевший сумасшедшим, убил 77 своих соотечественников и ранил еще более 100, руководствуясь страхом перед исламизацией Европы. Все это – не происки какого-то умалишенного, это образ мысли большого количества людей. Не случайно все больше побед везде одерживают те партии и движения, которые раньше считались экстремистскими, маргинальными. Что такое был «Национальный фронт»? А сейчас они чуть ли не в главных политических силах. Или голландский политик Вилдерс, которого вообще за его ксенофобию в Англию не пускали, а сейчас его партия составляет одну из основ нынешнего правительства. Так что ситуация меняется.

– Недавно РПЦ сделала реверансы в сторону «Братьев-мусульман», заявив о том, что те проводят политику защиты коптов-христиан и других религиозных и национальных меньшинств в Египте от нападок радикалов. Представителями РПЦ движет та же мотивация, что и дипломатами, и как вы расцениваете эти заявления?

– Я считаю, что позиция РПЦ правильная! Нам надо осознать: изменения происходят стремительнейшие. То, что было верным еще 10 лет назад, сегодня может рассматриваться совсем в ином ракурсе. Мы не можем руководствоваться только какими-то старыми мерками и догмами. Генералы проигрывают войны потому, что руководствуются критериями прошлых войн. Почему этих людей, которые правили очень долго – и Каддафи, и Мубарака, и Бен Али – постигла такая судьба? Они не чувствовали пульс времени, не чувствовали, что изменения накапливались. А количество изменений рано или поздно переходит в качество, и если политик этого не чувствует, его ждет судьба и участь уже ушедших. Это все диалектика – нельзя цепляться за прошлое. Надо занимать разумную позицию. И в этом смысле то, что сказал митрополит Илларион – очень разумно.
_____________________

Попов Вениамин Викторович. В недавнем прошлом посол МИД РФ по особым поручениям, специальный представитель Президента РФ по связям с Организацией Исламская Конференция и другими международными исламскими организациями. Сотрудник МИД СССР и РФ с 1967 по 2007 годы. Занимал должности посла СССР и РФ в Северном Йемене, а затем в Йеменской Арабской Республике, Социалистической Народной Ливийской Арабской Джамахирии и Тунисской Республике. Кандидат исторических наук. Автор монографий «Персидский залив в планах и политике Запада» и «Близкий Тунис». Принимал участие в многочисленных международных конференциях, в том числе в качестве главы делегации РФ.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Войти с помощью:
Добавить комментарий:

  1. ринат нуриев29.02.2012 23:04

    Ислам выходит на мировую политическую арену , вследствии того, что его носители осознали о реальном предназначении жизни об ее возникновении и о том, что будет после. Со всеми вытекающими отсюда мыслями. Ведь те же митинги их лозунги на Болотной и тп, непосредственно связаны с этими вопросами и их решениями, на основе капитализма- демократии, отделения религии от жизни.эти ответы не в состоянии решить все насущные проблемы и тяготы жизни людей. О чем свидетелствует нынешняя порочная реальность. Демократия подразумевает , что законодателем для жизни яв-ся народ, т.е. творения Аллаха. Ислам утверждает, что законодатель может быть только Создатель и Он дает правильные решения проблем, являющиеся естественным руководством для жизни от Господом миров.

  2. YUSUF01.03.2012 2:26

    Ограниченность человеческого разума не может ответить правильно как жить.а лишь приводит к спорам и разногласиям.Законы должны исходить от того кто ограничил разум человека и все что нас окружает,а Он Всевышний Аллах,Творец Знающий!

  3. impuls01.03.2012 10:08

    Приятно читать, когда сила и роль мусульман в мире начало расти, скорее всего мусульмане начинают переходит в Мединский периуд, как при Посланнике Аллаха(С.А.В.) после переселения.

  4. Musliminfo01.03.2012 11:11

    Недавно РПЦ сделала реверансы в сторону "Братьев-мусульман", заявив о том, что те проводят политику защиты коптов-христиан и других религиозных и национальных меньшинств в Египте от нападок радикалов.
    _______________
    В РФ тоже есть радикалы… это РПЦ, которые преследуют мусульман и даже не афишируя покупают таджиков и узбеков в православие. Знаю много фактов, как они им обещают деньги и ежемесячные выплаты, если те примут православие. Получается, что в РПЦ не совсем то право тебе не славие.

  5. АбуМухаммад01.03.2012 14:34

    Мы запрещали и объявляли террористической организацией тех "Братьев-мусульман", которые призывают к насилию, к террору. А если люди, которые сейчас пришли во власть, называют себя Партией Свободы и справедливости, говорят о том, что будут строить демократическое гражданское общество, мы обязательно должны с ними сотрудничать.

    Да вешает лапшу на уши а мы радуемся. которые призывают к насилию, к террору , а что последователи Нурси и Ф.Гюлена, Джаммат Таблиг, даже та же ХТ призывали и призывают к насилию, к террору??? во всем мире с этими движениями без проблем а в РФ , они насильники и террористы. этот Попов говорит об одном а думает о другом. пусть лучше скажет что все запреты это политика по отношению к Турции , Пакистану и другим странам,а не призыв этих движений к насилию и террору.

Комментирование закрыто.

Авторизация
*
*
Войти с помощью: 
Регистрация
*
*
*
Войти с помощью: 
Генерация пароля

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: