Информационное
агентство России
0°C
11 декабря, 14:31
ФаджрВосходЗухрАсрМагрибИша
6:438:4812:2413:4315:5717:55

Значение Исламского Возрождения в постсоветской России для формирования социальной стабильности и межнационального согласия

muh
Значение Исламского Возрождения в постсоветской России для формирования социальной стабильности и межнационального согласия
С муфтием Талгатом Таджуддином, Патриархом Московским и всея Руси Алексием, Католикосом-Патриархом Ильей II (Из личного архива И.К. Шангареева)

Исламское Возрождение в постсоветской России – явление, которое не имеет аналогов в истории мусульманского мира. Возникшее на волне перестройки, возрождение религиозного мировоззрения масс, в 90-х годах приобрело системообразующее значение в формировании социальной стабильности и межнационального согласия. Ключевой в этом в этом сложном и, нередко, противоречивым процессе, безусловно, была взвешенная позиция исламских лидеров, их активное участие в сохранении мира и целостности Российской Федерации.  

Ближний Восток становится «ближним»

Исламское Возрождение в России открывало пути, предначертанные каждому мусульманину и, прежде всего дорогу к святым местам в Мекку и Медину.

Саудовская Аравия в лице короля Фахд ибн Абдул-Азиз Аль Сауда распахнула двери для заложников «Красного проекта» в качестве подарка профинансировав хадж в 1990 году. Мне выпала большая честь участвовать в этом историческом хадже, который запомнился особым духовным подъемом и радостью обновления духовной жизни в стране, где нам довелось родится и верить в Бога вопреки официальной идеологии и атеистической пропаганде.

В те памятные дни мы удостоились приема короля Фахд ибн Абдул-Азиз Аль Сауда, который приветствовал начало интеграции в пространстве мусульманского мира, радуясь, что   мусульмане СССР смогут исполнить свой долг перед Аллахом, посещая святые места в Мекке и Медине.

В этом знаменательном хадже было не мало такого, что значительно повлияло на мою судьбу. Наверное, главное, это то, что я исполнил самую заветную мечту моего отца – Имама Каляметдина хазрата, который всю жизнь ждал, когда отроется дорога в Мекку и Медину. Фронтовые раны не позволили ему дожить до 1990 года. Он ушел в 1986 году, но его мечта осталось со мной и моими братьями, которые осуществили ее совершив хадж к святым местам, неся в своих сердцах светлый образ отца – служителя Аллаха и достойного воина.

Исламское Возрождение в России было временем, когда исчезали границы и, прежде всего Ближний Восток становился реально «ближним». Неизгладимый след в моей душе оставила встреча с Председателем Палестинской национальной администрации Ясиром Арафатом. Это был человек ищущий выход в практически безвыходной политической ситуации.

Хотя, ради справедливости надо сказать, что 1994 году ему почти удалось сделать шаг навстречу разрешения израильско-палестинских разногласий. Я имею ввиду подписания Декларации о намерениях, которая предусматривала палестинское самоуправление в секторе Газа и в городе Иерихон на Западном берегу в обмен на признание Государства Израиль со стороны Организации Освобождения Палестины. Однако такие фундаментальные вопросы, как будущее еврейских поселений на оккупированных территориях, судьба палестинских беженцев, изгнанных в 1948 году, а также статус Иерусалима, так и остались нерешенными.

С Председателем Палестинской национальной администрации Ясиром Арафатом (Из личного архива И.К. Шангареева)

В моих глазах в те далекие дни Ясер Арафат был борцом за независимость, но при этом прозорливым и мудрым политиком. Я до сих пор явственно чувствую тепло его крепкого рукопожатия.

Религия и политика

Эпоха воинствующего атеизма наложила свой особый отпечаток и на межконфессиональные отношения. Потребовались поистине религиозное терпение, чтобы от разногласий между духовенством православия и ислама в России перейти взаимопониманию и тесному сотрудничеству. Примечательным, в этой связи, является тот факт, что в 1998 году главы Казанского епархиального управления Русской Православной церкви и Духовного управления мусульман Республики Татарстан выступили с совместным заявлением: «На исходе ХХ век, в котором останутся страшные войны (в том числе и религиозные) и преследования за веру, когда часто в одной камере томились и мулла, и православный священник. И мы должны извлечь урок из этого сложного столетия и войти в XXI век с ясным сознанием того, что мир на нашей земле важней бессмысленного выяснения вопроса, чья вера лучше. …Всякое религиозное превозношение или даже попытка сыграть на межконфессиональных отношениях может трагически отозваться в судьбе будущих поколений».

То, что это произошло к Республике Татарстан также характерно для той эпохи, когда политические силы бушевали так, что все общество буквально лихорадило от поистине «девятого вала» перемен. Однако, именно Татарстан, был в 90-е годы территорией взвешенных политических решений, разительно отличался стремлением мыслить конструктивно в условиях хаоса исторической перезагрузки России.

Минтимер Шаймиев и Борис Ельцин в Татарстане, 1996 год.

Минтимер Шаймиев, на мой взгляд, до сих пор в полной мере недооцененный лидер татарского народа. Во время его руководства Татарстан из автономной республики, для которой второсортность была чуть ли социальной функцией, превратился в экономическое, и что особенно важно духовное пространство опережающего развития.

Использовав все преимущества Договора о разграничении полномочий между органами государственный власти Российской Федерации и Татарстана, Минтимер Шаймиев вывел Республику Татарстан в лидеры в области экономики (особенно сельского хозяйства), жилищного строительства, возрождения культурного наследия, но главное, он, как никто другой, в те нелегкие годы, способствовал изменению сознания людей, формированию открытости и созидательно мышления.

Надо особо подчеркнуть, что Исламское Возрождение в России был процессом глубинных преобразований общественного бессознательного, приобретая черты отчасти духовного, отчасти общественного политического явления. Как верно, отмечает Р.М. Мухаметшин нередко понятие «возрождение» подменяется понятием «распространение», «но возрождение – не просто возвращение общемусульманских духовных ценностей в общественно-политическую жизнь, а использование тех их аспектов, которые в истории народа сыграли свою позитивную роль и сегодня, в обновленном виде, должны способствовать решению актуальных проблем, в первую очередь, в духовной, и, в какой-то степени, в политической сфере жизни общества».

Я бы сказал, даже на ровне с политической составляющей, поскольку Исламское Возрождение в России явилось, в первую очередь, «следствием демократизации общественно политической жизни страны». Председатель Совета муфтиев России Равиль Гайнутдин особо подчеркивал, что религиозному возрождению «толчок был дан извне, иными словами, имел место чисто светский подход».

Особую роль «исламский фактор» в общественно-политической жизни России сыграл 90-е годы ХХ века, когда для всех стало очевидно, что власть и духовные деятели нуждаются друг в друге и оказывают обоюдное влияние, решая единые задачи, которые требуют глубокого взаимодействия религии и политики.

С Министром Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий (МЧС России) – Сергеем Кужугетович Шойгу (Из личного архива И.К.Шангареева)

 

 

С самого начала Исламского Возрождения, я отчетливо понимал, что вне политики российский ислам фактически теряет свою системообразующую функцию, утрачивая при этом предначертанную ему историческую роль, сколько бы ни декларировали свою формальную аполитичность некоторые деятели мусульманского духовенства. В 90-е годы уйти от «политического ислама» было практически невозможно, особенно учитывая условия, когда в стране полыхал пожар чеченской войны. Мой Путь лежал туда, где еще дымились руины Грозного, и я понимал свой религиозный долг, если хотите свое главное назначение, в служение интересам своей Родины.

В начале 90-х годов ХХ века мы вступили в новую эпоху, которая поднималась грозным валом событий, две чеченские войны, словно подводили жирную кровавую черту, под «Проектом красной звезды». И как тут не вспомнить слова Федора Тютчева:

Во всем величье видел ты

Закат звезды ее кровавой!..

 

И далее

 

Блажен, кто посетил сей мир

В его минуты роковые…

 

Непреходящие строки в любых исторических условиях звучат так, словно сказаны вчера. Те, кто сегодня думает, что межнациональное согласие – это продолжение советской дружбы народов, или заблуждается в силу своего неведения, или не желает принимать горькую правду постсоветской реальности. Я не выступаю в этой статье в роли публициста-аналитика, как в моих предыдущих работах по истории и теории межнациональный отношений в России. В этот раз я пишу, как очевидец, как непосредственный участник конца кровавой бойни в Чечне, или, правильнее сказать, в России. Вглядываясь в прошлое, я все отчетливее (видно годы дарят более острое историческое зрение) различаю политический идиотизм ряда российских чиновников, приведший к военному противостоянию в Чечне. Но при этом, не могу не отметить политическую мудрость, которая поставила точку в этом кровавом конфликте.

Политический потенциал Исламского Возрождения в России признавали и видели многие политики, но в полной мере раскрыть этот потенциал, оказалось по силам лишь одному. Владимир Путин после своего избрания Президентом Российской Федерации дает властные полномочия в Чечне не политику-управленцу, не представителю вооруженных сил, что казалось в то время логичным. Он дает властные полномочия духовному лицу – муфтию Ахмат-Хаджи Кадырову.

 

Президент Российской Федерации Владимир Владимирович Путин и Президент Чеченской Республики Ахмат-Хаджи Кадыров

 

В своем политическом решении Владимир Путин опирался на рекомендации тех, кто считался авторитетами в исламском мире России и понимал скрытые смыслы происходящего, объективно оценивая всю силу пропагандистской машины оппозиции, глубину и степень ее влияния на умы верующих. Путин отчетливо понимал, что, в первую очередь, важно было поменять «теченье мыслей», открыв перед народом Чечни, и всего Северного Кавказа путь к миру и созиданию. Такое было под силу только истинному духовному лидеру Чеченской Республики, и Путин сделал поистине исторический выбор поручив в 2002 году Ахмат-Ходжи Кадырову возглавить Государственную конституционную комиссию по разработке Конституции Чечни.

После того как работа над конституцией была завершена, на повестке дня стоял Всенародный референдум в Чечне, который должен был закрепить развитие региона в составе Российской Федерации. После двух чеченских войн – это был очень смелый шаг. Но Ахмат-Хаджи Кадыров был не одинок в своем стремлении положить конец религиозному экстремизму в Чечне. Все мусульмане России в те судьбоносные дни были в своих молитвах рядом с ним. Мне же выпала высокая честь активно участвовать в проведении этого судьбоносного референдума в качестве наблюдателя.

Скажу прямо, это было для меня неожиданным. В моем кабинете раздался звонок: Исмаил Калямович, здравствуйте, с Вами говорит Председатель Центральной избирательной комиссии Александр Альбертович Вешняков…». И далее было предложение ехать на Всенародный референдум в Чеченскую Республику в качестве наблюдателя. Не задумываясь ни на минуту, я дал свое согласие и выехал в Грозный.

Не буду рассказывать о том, какую бешенную ярость мы вызвали у экстремистских сил, которые осознав свое неизбежное поражение буквально были готовы на все. Но в том-то и была сила представителей Исламского Возрождения в России, что с нами был Аллах и чувствуя это народ пошел за Ахмат-Хаджи Кадыровым.

Рамзан Ахматович Кадыров вспоминал, что «подготовка к референдуму проходила в период, когда каждый день гремели взрывы, погибали люди… В то сложное время инициативной группе по проведению референдума приходилось работать в палатках. Сейчас это кажется чем-то очень далеким. Сегодня вы сами можете увидеть, какие красивые административные здания построены в Грозном, какие изменения произошли по всей республике. Тогда все это казалось невероятным».

Тогда мы работали, с одной единственный мыслью – положить конец кровавому противостоянию на чеченской земле, дать ее мудрому и трудолюбивому народу сделать выбор, путем открытого волеизъявления.

Вопреки бессильной ярости террористов (помимо представителей чеченской национальности, в бандформированиях воевали профессиональные наемники из 51-й страны мира), 23 марта 2003 года состоялся Всенародный референдум, на котором была принята первая в истории современной Чечни конституция, закрепившая развитие региона в составе Российской Федерации. Чеченский народ сделал свой выбор. В те радостные для всех нас дни Владимир Путин сказал: «Я думаю, что все согласятся с нами в том, что всегда, везде, во все времена от имени народа всегда много желающих выступать, защищая якобы его интересы. Так было всегда и с Чечней. Но никогда в Чечне прямо не обращались к народу. Никогда не спрашивали народ Чечни, чего же он сам хочет. Мы сделали это и сделали впервые. И народ в Чечне дал ясный понятный ответ на все вопросы, которые были ему заданы».

Тогда мне довелось столкнуться с особенностями непростой работы наблюдателя в составе группы духовных мусульманских руководителей из ряда республик и областей России. К слову сказать, мы не просто «наблюдали», но следили за соблюдением всех демократических норм, без которых любое волеизъявление превращается в политический фарс. Чеченский народ сделал свой выбор в условиях полной открытости и прозрачности.

Председатель Центральной избирательной комиссии Александр Вешняков направил мне благодарственное письмо за поддержку референдума в Чечне 23 марта 2003 г. и за участие в качестве наблюдателя в этом судьбоносном референдуме. В благодарственном письме, в частности, было сказано: «Сейчас, по прошествии почти двух месяцев после референдума Чеченской Республики по проектам Конституции и законов о выборах этого субъекта Российской Федерации, осмысливая это важное событие для всей нашей страны, лишний раз убеждаюсь, насколько правильно было наше совместное решение, чтобы Вы и группа духовных мусульманских руководителей из ряда республик и областей России направились в Чеченскую Республику для наблюдения за указанным референдумом. Думаю, не ошибусь, если скажу, что свобода, демократия, подлинное народовластие начинаются именно со свободных, демократических, прозрачных для всего общества выборов».

В заключении благодарственного письма Александр Альбертович выразил надежду что и впредь исламские лидеры России будут «проявлять заботу о величии нашего Российского государства, гражданскую ответственность, заинтересованность в поступательном развитии страны» (См. https://www.sedmitza.ru/text/284801.html).

Впрочем, на этом мое участие в созидательных переменах в Чеченской Республике – не закончилось. В сложившейся после референдума ситуации и принятии 23 марта 2003 года конституции, Владимиру Путину необходимо было завершить процесс политической перезагрузки как можно быстрей, дав Ахмату-Ходжи Кадырову легитимную основу для начала коренных преобразований в жизни чеченского народа.

Подписав Указ «О выборах первого президента Чеченской Республики» Владимир Путин назначил выборы Президента Чеченской Республики на 5 октября 2003 года, и вновь, получив официальное приглашение от Александра Альбертовича Вешнякова, принять участие в избирательной компании в качестве наблюдателя, я, как и в прошлый раз, не задумываясь выехал в Грозный.

Выборы первого Президента Чеченской Республики проходили в условиях «контртеррористической операцией на Северном Кавказе», но это не остановило людей. Явка была 87%, народ буквально вышел на улицы, избирательные участки были переполнены.  В выборах участвовали 7 кандидатов, но большинство людей верили лишь одному их них.

Ахмад-Хаджи Кадыров победил тогда в первом туре, набрав 80,84 % (403 490 голосов). Это была победа мира над войной, истинной веры над ложной, созидания над разрушением. Я был до глубины души взволнован происходящим, чувствуя себя участником знаменательного события в истории Чечни – по сути Дня национального единства, сплочения народа вокруг первого Президента Ахмата-Ходжи Кадырова.

Особая гордость переполняла меня, когда на церемонии его вступления в должность Президента Чеченской Республики, я удостоился высокой чести вручить от делегации Татарстана символический подарок Ахмату-Хаджи Кадырову – памятное блюдо с изображением «Казанского Кремля». Я помню каждое драгоценное мгновенье этого торжественного момента, лучистые глаза первого Президента Чечни, силу и глубину каждого его слова.

 

 

Сегодня, когда все эти события принадлежат истории, я склоняю голову перед памятью этого легендарного человека, который как сказал Владимир Путин, ушел непобежденным, прикрывая собой Чечню и чеченцев, достойно и мужественно исполнив свой долг.

 

История Исламского Возрождения в постсоветской России полна ярких и порой драматических страниц, и достойна быть отраженной в фундаментальных изданиях. Но я надеюсь, что моя небольшая статья, отражающая мнение очевидца, позволит многим сегодня по-новому взглянуть на «дела минувших дней», увидеть скрытые смыслы предначертанного Аллахом пути, который каждый из нас проходит согласно своей Вере и любви к родной земле.

И пусть на историю каждый человек смотрит через призму своих убеждений (чаще заблуждений), как писал Абулькасим Фирдоуси:

 

Все в мире покроется пылью забвенья,

Лишь двое не знают ни смерти, ни тленья:

Лишь дело героя да речь мудреца

Проходят столетья, не зная конца.

 

 

Сведения об авторе:

Исмагил Шангареев – культуролог, писатель-публицист, общественный деятель, сопредседатель Совета кино- телепроизводителей и телевещателей Евразии при «Ассамблее народов Евразии», Член Президиума Евразийской Академии Телевидения и Радио (ЕАТР).

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Войти с помощью:
Добавить комментарий:

  1. Щакущ10.10.2018 7:28

    Я, Я, Я, ЯЯ, ЯЯЯ, ЯЯЯЯ….

  2. Щакущ10.10.2018 7:46

    Ах вернисаж ах вернисаж
    Какой портрет какой пейзаж
    Вот кто-то в профиль и в анфас
    А я смотрю смотрю на вас…

    Любит перед камерами позировать Шангареев, однако! И попиарить себя при представившейся возможности. “Я на фоне ислама”.

    И “великого мудрого путина” обожает он. “Патриот”!

    А зачем живешь в Дубае тогда? Нет когнитивного диссонанса?

    А у зрителей – есть…

  3. Авар10.10.2018 10:53

    Не знал, что все Исламское Возрождение в постсоветской России связано с одним человеком

  4. Щакущ10.10.2018 14:03

    И зачем в статье присутствует совместное фото с шойгу, – ведь в тексте ни он, ни мчс, ни минобороны никак и нигде не упоминаются, и отношения к обсуждаемой теме не имеют никакого АБСОЛЮТНО!

    Типо знайте все “какие крутые знакомства у меня” или “мы вместе творим россию и историю”?

    А может в “гаранты конституционные” захотелось уже, или в “муфтии верховные”?

Комментирование закрыто.

Авторизация
*
*
Войти с помощью: 
Регистрация
*
*
*
Войти с помощью: 
Генерация пароля

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: