Страх перед взрывом сам по себе не создаёт примирения, но формирует минимальный общий интерес — предотвратить катастрофу. Здесь, в кулуарах арабской политики, всё чаще и тише звучит тяжёлая мысль: поражение Ирана в масштабной региональной войне означает не просто «падение соперника», а перекос баланса сил в пользу Израиля и его союзников до степени, при которой регион будет управляться с позиции силы, а ему будут навязываться политические, культурные и силовые конфигурации, не учитывающие интересы его народов.
